Читать все файлы на sin в режиме просмотра разбивки на страницы



страница10/29
Дата29.05.2018
Размер5.97 Mb.
#26193
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   29
Труженик” (2-ая Физика)

Начнем с внешнего вида “труженика”. В детстве ребенок со 2-ой Физикой почти не выделяется внешне из среды своих сверстников. Единственная довольно твердая примета “труженика” в этот период - круглая, луноподобная форма лица. Бог ведает, как получилось и что скажет по этому поводу наука, но 2-ая Физика преимущественно “брахицефальна” (короткоголова), тогда как остальные Физики преимущественно “долихоцефальны” (длинноголовы). Так что, по круглому, широкому лицу 2-ая Физика узнается издалека и в любом возрасте.

Наступление половой зрелости мало что добавляет к облику “труженика”. У девушек вырастают небольшие, крепкие, богатые молоком груди. Очень увеличиваются в обьеме ягодицы (складывается впечатление, что с наступлением половой зрелости процесс роста и распределения мышечной массы таза 1-ой и 2-ой Физик протекает однобоко и разнонаправленно: у 1-ой Физики при плоских ягодицах растут бедра, у 2-ой Физики при сохранении узости бедер растут ягодицы ).

Женщины до родов мужчины до тридцати лет обычно сохраняют худобу и стройность. Тем разительнее бывает метаморфоза, происходящая со 2-ой Физикой после того: исчезает талия, и образовавшаяся прямая линия от бедер до плеч придает короткому, как выясняется, торсу почти квадратную форму; исчезает лодыжка, и нога как бы основательней и тверже становится на землю.Короткопалой делается кисть руки, являя собой сочетание широкой квадратной ладони с короткими, пухлыми, быстрыми пальцами.



Круг - вот та форма, что доминирует в облике 2-ой Физики.И именно формой круга воспользовался Толстой, описывая Платона Каратаева:”...вся фигура Платона...была круглая, голова была совершенно круглая, спина, грудь, плечи, даже руки, которые он носил, как бы всегда собираясь обнять что-то, были круглы; приятная улыбка и большие карие нежные глаза были круглые”.

После тридцати лет у “труженика” неведомо как укорачиваются, или, может быть, начинают выглядеть короче, шея и ноги. Весь силуэт его как бы сжимается и плотнеет, придавая облику крепкий, здоровый, приземленный и компактный вид (недаром Кречмер в своей классификации называл 2-ую Физику “пикником” - “плотным” ).

Эволюцию внешности 2-ой Физики наглядно можно проследить на эволюции внешнего облика Наполеона: в молодости он даже откровенно бравировал своей стройностью и худобой; что же в конце концов из него получилось - видно на портретах Наполеона императорской поры. Как выглядит женская версия 2-ой Физики после родов, можно представить себе. глядя на нагие изображения второй жены Рубенса - Елены Фроумен ,Венеры Каллипиги, “Помоны” Майоля.

В целом облик 2-ой Физики можно описать так: лицо ее не бывает не слишком уродливым, ни слишком красивым. Простое, широкое, круглое лицо с небольшим, коротким, обычно прямым носом. Рост - чаще ниже среднего, рослые люди - редкость. Волосы не отличаются особой фактурностью и густотой, а у мужчин случается ранняя лысина. Фигура плечиста, широкогруда, задаста. В пропорциях преобладает ориентация на широту, квадратность, собранность, устойчивость, поэтому, если исходить из сложившихся канонов красоты (о происхождении которых говорилось в разделе, посвященном 1-ой Физике), красивыми пропорции “труженика” не назовешь. Хотя это обстоятельство совершенно не волнует мужчин и мало беспокоит женщин со 2-ой Физикой.

Добавлю, в описанном выше виде 2-ая Физика после тридцати лет как бы консервируется и без изменений доживает до самой смерти. Может еще отрасти небольшое брюшко, но серьезного, до дряблости ожирения не происходит. Носить избыточный вес “труженик” не любит, да и динамичный образ жизни, который он обычно ведет, тому не способствует.

Хотя как говорилось, внешность 2-ой Физики слишком красивой не бывает, необходима оговорка, она, может быть, не очень привлекательна в статике, но необычайно хороша в динамике.

Свойственная “труженику” безукоризненная чистота, экономность, быстрота и точность движений - эстетичны сами по себе. Не могу не вспомнить в этой связи своего учителя каратэ. Глядя на его коротенькие ножки, трудно было поверить, что они вообще способны подняться выше довольно заметного живота. Поэтому что-то вроде шока вызывали на тренировках его, словно снятые рапидом, медленные, безукоризненные по чистоте, не уступающие в сложности, высоте и красоте балетным, махи ног.

Возраст мало сказывается на пластике “труженика”.Горький, описывая состарившегося Марка Твена, рассказывал:” Его сухие складные кости двигаются осторожно, каждая из них чувствует свою старость...Он кажется очень старым, однако ясно, что он играет роль старика, ибо часто его движения и жесты так сильны, ловки и так грациозны, что на минуту забываешь его седую голову”.

2-ая Физика живет движением, поэтому простота, нормативность и красота для нее так же естественны, как для рыбы естественно дыхание в воде.

Знает 2-ая Физика и толк в любви. Не гарантируя ничего наперед в каждом отдельном случае, с полной ответственностью могу заявить, что “труженик” - лучший на свете любовник, если иметь в виду чисто физический смысл этого слова. Характеристики, типичные для Второй функции как таковой: сила, разнообразие, процессионность, диалог, гибкость - можно целиком перенести на секс 2-ой Физики. В любви “труженик” неутомим, уверен в себе и в своем праве на лидерство в этой сфере, многогранен, нестандартен, находчив, естественен, терпим, благожелателен, отзывчив, дорожит всеми этапами полового акта без изьятия, с самого начала до самого конца.

Много способствует страстности натуры “труженика” и обилие эрогенных зон,расположенных (в отличие от 1-ой Физики) и на спине. Но более всего, не знаю почему, эрогенны у “труженика” уши. В свете этой особенности становится понятна привычка обладавшего 2-ой Физикой Наполеона трепать за уши подчиненных в знак наивысшего расположения. Он ласкал так, как хотел бы быть обласканным.

Ко многим любовным добродетелям “труженика” необходимо отнести и ту, что секс его - долгожитель. 2-ая Физика не склона оттягивать время своего первого полового контакта и с удовольствием предается этому занятию на протяжении всей жизни, до последнего дозволенного старением организма упора.

Нормативным можно назвать и само отношение 2-ой Физики к сексу. Ей одинаково чужды в этой сфере спортивная горячка 1-ой Физики, робость и ханжество 3-ей Физики, равнодушие 4-ой Физики. “Труженик” признает секс за необходимую приятную обязанность, о которой можно говорить без восторга и проклятий, простым, спокойным, свободным языком.

Столь же спокойно отношение “труженика” к наготе. Он прирожденный нудист - человек, принимающий наготу, как не подлежащую обсуждению данность, ценящий ее хотя бы за то, что она естественна, не видящий в наготе ничего сверхсоблазнительного или сверхотталкивающего.

Вообще, отличительной чертой 2-ой Физики является раблезианская простота, любовь и естественность отношения ко всему, что касается физиологии. Для нее нет в физиологии высокого и низкого, нет ничего, достойного сокрытия, постыдного - все равно замечательно, все равно прекрасно и может быть источником вдохновения. В этой связи не откажу себе в удовольствии и приведу пусть длинную, но совершенно очаровательную цитату из романа Зиновия Зиника “Руссофобка и фунгофил”, с редким смаком описывающая процесс испражнения одного, попавшего в Англию русского эмигранта:

” Он поднялся, потянулся с хрустом, сладко поежился и зевнул, прислушиваясь к бурчанию желудка и уханью филина в унисон. Для достижения окончательной гармонии надо было облегчить себя и изнутри. Он передвинулся к кустам у края поляны, расстегнул ремень брюк, приспустил их и с минуту постоял, со штанами, упавшими до колен, почесывая свой живот - подставляя его прохладным дуновениям ночного эфира, как может почесываться только человек, до конца убежденный, что никого, кроме него, на этой земле, на этой поляне, среди этих кустов и деревьев больше не существует. Он не спеша опустился на корточки. Огромный зад... своим матовым сиянием, нездешней белизной в черной оправе ночной листвы был похож на полную луну, вывалившуюся из перины грозовых облаков. Лунный свет играл на белых ягодицах и непонятно было, что освещает мерцающим светом эту поляну - русская задница или английская луна?...он облегчался шумно и от души, он кряхтел, тужился и блаженно охал, материализуя связь своей души - она же желудок - с корнями и почвой через анальное отверстие. Сидя с листочком подорожника в руках наготове, он с каждым покряхтыванием все сильнее ощущал, как уравновешивается блаженная пустота внутри него с первозданной пустотой этой ночной поляны..” Стоит ли после этой цитаты обьяснять, где у автора стоит Физика?

Восприятие “тружеником” физического бытия прежде всего как процесса, приводит к тому, что он оказывается не только сексуален, но и чадолюбив. Хотя не бездумно, а достаточно расчетливо. Он любит детей, любит их делать, вынашивать, кормить, обшивать, обстирывать и т.д. Поэтому как бы ни соотносились остальные функции “труженика”, какие бы отношения ни складывались в семье, за жизнь и физическое здоровье детей, рожденных 2-ой Физикой, беспокоиться нет оснований.

* * *


“Труженик” - существо в физическом смысле чрезвычайно контактное. Он любит касаться, гладить, ухаживать за людьми и предметами, которые считает своими, родственными, близкими, не изменяя своей потребности в контакте даже тогда, когда нужно выносить горшки или выдавливать гной.

И в тоже время для 2-ой Физики существует грань, за которой находятся люди и предметы, для нее совершенно неприкасаемые , к которым она питает чувство брезгливости априори и столь сильное, что выглядит это порой просто анекдотично.Про Достоевского, у которого была, как это ни покажется странным 2-ая Физика, жена рассказывала следующую историю. Однажды они зашли в берлинский ресторан, уселись под деревом и заказали пиво. Вдруг с дерева в кружку Достоевского “свалилась веточка, а с ней громадный черный жук. Муж мой был брезглив и из кружки с жуком пить не захотел, а отдал ее кельнеру, приказав принести другую. Когда тот ушел, муж пожалел, зачем не пришла мысль потребовать сначала новую кружку, а теперь, пожалуй, кельнер только вынет жука и ветку и принесет ту же кружку обратно. Когда кельнер пришел, Федор Михайлович спросил его :”Что же, вы ту кружку вылили?” - “Как вылил, я ее выпил!” - ответил тот, и по его довольному виду можно было быть уверенным, что он не упустил случая лишний раз выпить пива.”

Этот эпизод с Достоевским кроме яркой иллюстрации тезиса о подчеркнутой чистоплотности 2-ой Физики, представляет собой наглядный пример несовпадения психологических установок разных Физик. В отличие от Достоевского, у кельнера, скорее всего, была 1-ая Физика (она по толстокожести своей не очень брезглива), и это обстоятельство определило различие в поведении кельнера и его знаменитого клиента.

Страсть “труженика” к чистоте выглядит в глазах других Физик почти маниакальной, и по ней узнать 2-ую Физику легче всего. Стоит лишь войти в блещущий чистотой и порядком дом, в котором она непременно живет.

“Труженик” быстр, подвижен, непоседлив. Его энергия и выносливость изумляют. Нет худшего наказания для 2-ой Физики, чем вынужденное безделье. Тяжелейшие операции и инфаркты не в состоянии стреножить “труженика” - едва придя в себя, он начинает испытывать потребность в действии, двигательный зуд, что быстро доводит дело до бегства с больничного ложа.

2-ая Физика - единственный подлинный “трудоголик”. Труд нужен и дорог ей сам по себе, зачастую независимо от размеров воздаяния. Причем, следует обратить особое внимание, что “трудоголизм” ее не обужен одной физической сферой. Нет. 2-ая Физика - “трудоголик” вообще, самого широкого профиля. В каком бы порядке не стояли остальные функции “труженика”, он готов без устали работать на любом месте, куда не забросит его жребий: в художественной, интеллектуальной, управленческой областях - все равно.

“Труженик” может работать на конвейере, хотя и не без насилия над своей тяготящейся однообразием природой. Гораздо эффективнее использование 2-ой Физики на разнообразной коллективной работе.Такие качества Второй функции, как сила, процессионность, диалог, гибкость, у 2-ой Физики на производстве воплощаются в типе идеального мастера. Подобный мастер, и не один, есть на любом производстве. Он жаден к труду, сноровист, готов подать пример трудового энтузиазма, увлечь нерешительных и заставить работать нерадивых, подменить уставших, обучить новичка, первым освоить новую операцию, взять на себя управление при возникновении нештатных ситуаций.

К сожалению, было на земле место, где жадность к труду 2-ой Физики оборачивалась для нее трагедией, - это сталинские лагеря. Происходило это потому, что уверенность в абсолютной ценности труда, привычка к действию и бесстрашие в трате сил заставляли его впрягаться в каторжную работу без лукавства, с первого до последнего дня, с полной отдачей, платой за что была скорая и мучительная смерть. “Труженик”, не способный к симуляции и саботажу, меньше чем за год просто сгорал, как свеча, от голода и перенапряжения. Мир праху его, погибавшему нелепее и трагичнее других, погибавшему из невозможности обуздать лучшую сторону своей натуры.

Особый талант 2-ой Физики - делать, как у нас говорят, “из дерьма конфетку”. 2-ая Физика экономна, в ее хозяйстве ничто не пропадает и в тоже время ничто не лежит мертвым грузом, любая даже сильно изношенная вещь со временем находит свое применение, часто довольно далекое от первоначального. При превращении дерьма в конфетку у “труженика” действует какой-то особый тип мышления, механизм которого обьяснять не берусь, знаю только, что никто не в состоянии постигнуть так глубоко и всесторонне мир вещей и столь же глубоко и всесторонне его трансформировать, как 2-ая Физика. Кокто писал о Пикассо:”... собирал он что придется. Он гениальный старьевщик. Как только он выходит из дома, он принимается подбирать все подряд и приносит к себе в мастерскую, где любая вещь начинает служить ему возведенная в новый, высокий ранг. И не только руки подбирают необычный предмет. Глаз также выбирает каждую мелочь. Если внимательно присмотреться к его полотнам...предметы повинуются Пикассо. как животные Орфею. Он ведет их куда хочет, в царство, которым он безраздельно правит, устанавливая свои законы. Но эти предметы всегда остаются узнаваемыми, ибо Пикассо всегда верен заключенной в них идее.”

Без излишнего азарта, но с полной серьезностью относится 2-ая Физика к миру вещей. Он для нее родной, стихия, столь же родная, как для птицы воздух. Жена Достоевского вспоминала:” ...дня два-три мы ходили с мужем покупать для меня верхние вещи для лета, и я дивилась на Федора Михайловича, как ему не наскучило выбирать, рассматривать материи со стороны их добротности, рисунка и фасона покупаемой вещи. Все, что он выбирал для меня, было доброкачественно, просто и изящно, и я впоследствии вполне доверилась его вкусу.”

2-ая Физика знает цену деньгам, умеет и любит их зарабатывать. Как и в труде вообще, в своей финансовой деятельности “труженик” не знает края и внутренне готов к бесконечному накопительству.Однако он не Шейлок и не Гобсек, чтобы чахнуть над золотом. Меркантилизм 2-ой Физики не столько результативен, сколько процессионен, поэтому корысть ее не достигает патологического , трагического надрыва, а носит характер здорового энтузиазма, пусть в достаточно специфической сфере деятельности.

Финансовый крах, конечно, не проходит для 2-ой Физики безболезненно. Однако он для нее не смертелен, не выбивает “труженика” из седла. Крах ухудшает условия процесса стяжания, но сам процесс не отменяет, а значит - жизнь продолжается.

С точки зрения симпатий к политико-экономическим моделям, “труженика” лучше всего причислить к “социал-демократам”. Из всех видов собственности он предпочитает коллективную, не исключая, впрочем, иных. Имущественное неравенство принимает как должное, но считает, что все способные к тому граждане должны платить обеспечивающий сносное существование малоимущих налог. Вместе с тем, по мнению “труженика”, налог этот не должен быть кормушкой для бездельников и не должен быть чрезмерным, лишающим стимула к труду как бедных, так и богатых. Кратко говоря, и в семье, и в обществе он трезвый, расчетливый альтруист, не забывающий ни себя, ни других.

* * *


“Труженик” - лучший в мире боец. Сама телесная архитектура 2-ой Физики с ее короткими плотными ногами, низко расположенным центром тяжести, широким квадратным корпусом придает особую мощь и устойчивость фигуре “труженика”. Но главное, бойцовское достоинство 2-ой Физики заключается не в антропологии, а в психологии - в абсолютно непритворном ее бесстрашии. 2-ая Физика ввязывается в бой без раздумий, без предварительного просчета последствий и дерется до последнего, не щадя ни себя, ни противника. Знаменитая фраза Наполеона:” Надо ввязаться в бой, а там будет видно!” - идеально отражает бесшабашность поведения 2-ой Физики в бою, а те следы от множества ран, что были обнаружены на теле императора после его смерти, свидетельствуют: драчливость его реализовывалась не заочно, только в кабинетных планах кампаний, но носила личный, вполне телесный характер.

Говоря о храбрости 2-ой Физики, нельзя не сказать, что она не всегда на пользу “труженику” и в данном случае может считаться добродетелью лишь условно. Дело в том, что 2-ая Физика рождается бесстрашной, здесь нет ее заслуги. А исток этого бесстрашия в психологической установке на силу и гибкость физического начала. “Труженик” может позволить себе бесстрашие, потому что ощущает свое тело чем-то вроде резиновой дубинки - эффективным, безотказным, не поддающимся деформации оружием.

Уж коль речь зашла о драчливости 2-ой Физики, то сам собой возникает вопрос о криминогенности этой категории граждан. Что тут сказать? Ангелом “труженика”, конечно, не назовешь. Но не беря на себя смелость отвечать за каждый отдельный случай, со всей ответственностью могу заявить, что по натуре он законопослушен. И не из страха. Просто он ощущает свое физическое начало достаточно широко и богато одаренным, чтобы добывать себе средства к существованию честным трудом, без риска вступить в конфликт с законом.

Насилие из корыстных побуждений вообще внутренне чуждо “труженику”. Поэтому даже когда он в силу обстоятельств становится на путь насилия, “социал-демократ” в нем не умирает, “труженик” просто трансформируется в “робин гуда” - социал-демократа с уголовным уклоном, и тем как бы примиряется с собой.

Криминальной статистики у меня нет, но, глядя на 2-ую Физику через призму психе-йоги, чувствуешь, что из всех видов преступной деятельности ей ближе всего кража с применением технических средств. В таких кражах есть элемент молодчества, дух соревнования и простор для любящих, понимающих технику рук. Соответственно и в среде организованной преступности “труженик” лучше чувствует себя в роли технического директора, обеспечивающего материальную часть операций (автомобили, оружие, связь, замки и т.д.).

Пока сидел за описанием особенностей кримогенеза 2-ой Физики, пришла газета. А в ней свежая уголовная история, наглядно демонстрирующая до какого комизма иногда доходит “робингудство” 2-ой Физики. Привожу заметку полностью:” Занятный случай произошел в Гастонии (штат Северная Каролина). В квартиру проник вор. Для начала он зачем-то помыл посуду, пол на кухне, ванну, а затем скрылся, прихватив с собой стереосистему и кое-что по мелочи. “Приятно, конечно, что в квартире навели порядок, “- говорит пострадавшая Стефани Питтс.-”Но где вещички-то?”

“Труженик”-уголовник всегда внутренне раздвоен. Обстоятельства заставляют его творить зло, тогда как душа жаждет добрых дел. Отсюда такие парадоксы, вроде сочетания кражи с мытьем посуды у пострадавшей.

О вкусах. Наверно, многие со мной не согласятся, но вкус “труженика” эталонен.Характеризуя его одним словом, считаю, лучше всего назвать вкус 2-ой Физики “японским” (у японцев 2-ая Физика преобладает). Отличительной чертой японского вкуса является приоритет естественности над всеми другими свойствами предмета. Будь то дизайн или кулинария - везде японец старается избежать насилия над материалом, попыток выдать одно за другое. Наоборот, эстетическое кредо японца требует при обработке не сокрывать, а подчеркивать, выделять природные свойства материала. Это кредо проявляется и в японской кухне, по своим принципам приближающейся к сыроядению, в архитектуре и керамике, где на форме специально сохраняются следы обработки, и, конечно, в таком специфическом виде безыскусного искусства, как икебана.

Разумеется, только в Японии вкус 2-ой Физики смог развиться и стать нормой. Любой “труженик” живя в другой стране, так или иначе должен приспосабливать свой вкус к местным временным и национальным нормам. Но в тех пределах, в которых эстетике всегда дозволено колебаться, 2-ая Физика демонстрирует всю ту же, присущую ей изначала тягу к естественности, натуральности цвета, звука, запаха...

Недотрога”(3-я Физика)

Обычно 3-я Физика рождается худой, тонкокостной и умирает такой же.

Те этапы жизни, что оставляют заметный след на Физиках, стоящих выше, мало сказываются на облике “недотроги”. Даже половое созревание,обычно, быстро и заметно меняющее внешность ребенка, у 3-ей Физики, во-первых, начинается с опозданием, а,во-вторых, протекает вяло и неярко, хотя в конце концов все признаки его оказываются налицо.

Средний “недотрога” - это бледный, худой, сутулый, с длинными тонкими конечностями и шеей, человек (“астеник” - по Кречмеру). Кожные покровы слабо пигментированы, и вообще кожа не хороша, так как, в силу повышенной чувствительности, слишком бурно реагирует сыпью, прыщами, фурункулами, волдырями и т.п. на воздействие среды. Телосложение 3-ей Физики пропорционально, и зачастую может претендовать на самые высокие оценки. Однако, вот странность, чертам лица ее пропорциональности как раз зачастую не хватает. Нередка сильная лицевая асимметрия. Особенно часто подводит нос, оказывающийся то слишком широким, то слишком длинным: носы Толстого и Паганини - еще не предел по этой части.Убеждение в непривлекательности своей наружности ( не всегда безосновательное), при публичных демонстрациях полного равнодушия к проблеме, на самом деле для “недотроги” имеет решающее значение, являясь ее идеей фикс, камнем преткновения.Толстой, дающий богатейший материал для описания 3-ей Физики, формулировал это свое состояние так:”...я был стыдлив от природы, но стыдливость моя еще увеличивалась убеждением в моей уродливости. А я убежден, что ничто не имеет такого разительного влияния на направление человека, как наружность его, и не столько самая наружность, сколько убеждение в привлекательности или непривлекательности ее.”

Пластика “недотроги” динамична, и в этом он сходен с “тружеником”. Однако есть и существенные различия: в движениях 3-ей Физики нет той уверенности, точности и чистоты. Пластике “недотроги” присущи некоторая суетность, чрезмерная энергоемкость и осторожность движений.

Как и 2-ая Физика, 3-я Физика непоседлива, может быть, даже излишне непоседлива. Поэтому бывает иногда забавно и поучительно наблюдать толпу на автобусных остановках. Если ждать автобуса приходится достаточно долго, то толпа сама собой незаметно расслаивается на две части: статичную и динамичную. Картина получается такая: результативные Физики (1-ая и 4-ая) стоят неподвижно, подолгу не меняя позы, а вокруг этих статуй по-броуновски неприкаянно бродят процессионные Физики (2-ая и 3-я ). Причем, особую непоседливость среди последних проявляют худые, сутулые, носатые люди - 3-я Физика.

Вопреки тому, что “недотрога” вид имеет довольно болезненный, организм его не так хрупок, как кажется. Суставы и сердечно-сосудистая система до старости содержатся в порядке, чему способствует худоба, подвижность и умеренность в еде. Несколько хуже дело обстоит с дыхательной и желудочно-кишечными системами - они доставляют 3-ей Физике на протяжении жизни много неприятностей и нередко доводят до смерти.

Хотя обычно “недотрога” демонстрирует притворное равнодушие к своему физическому состоянию, оно имеет над ним огромную, ни с чем несравнимую власть. Толстой признавался:” Если у меня нездоров желудок, так мне во время прогулки всюду попадаются на дороге собачьи экскременты, так что даже гулять мешают, а если, наоборот, я здоров, так я вижу облака, лес, красивые места.” Не правда ли странное высказывание для проповедника теории превосходства духа над плотью?

Не признаваясь себе в том, 3-я Физика очень мнительна и с постоянным вниманием вслушивается в работу собственного организма. Однако здесь не следует путать мнительность 3-ей Физики с мнительностью 1-ой Физики, эпизодической, отдающей предпочтение радикальным медицинским средствам лечения. Мнительность 3-ей Физики - явление хроническое (процессионное), в котором предпочтение отдается профилактике, закаливанию и укреплению организма.

Уверен, главными изобретателями и потребителями йоги, сыроедения, моржевания, лечебного голодания, разного рода гимнастик и т.п. являются именно “недотроги”. Надо иметь такое, как у 3-ей Физики, недоверие к своему организму, соединенное с глубочайшей заботой о нем, чтобы, подобно йогам, годами вслушиваться в его работу, дублировать бессознательный контроль организма сознательным, находить время и желание с помощью поз, диет и дыхательных упражнений совершенствовать его функции.

Впрочем, мнительность 3-ей Физики служит не только ей, но часто вносит большой вклад в дело оздоровления общества. Страх за себя и привычка вслушиваться в собственный организм, в силу процессионности 3-ей Физики, обычно обращаются на других и дают миру непримиримых борцов за чистоту природы, активных пропагандистов здорового образа жизни и первоклассных врачей.

Если же в детстве 3-ей Физике сопутствуют побои, болезни,голод, то это часто настолько рафинирует ее, изначала рафинированную. что физическая чувствительность “недотроги” вообще выходит за пределы общедоступного и общепонятного. Проще говоря, человек становится экстрасенсом - посвященным в тайны организма высшим для человека посвящением.

“Я как-то чувствую людей, физически чувствую,”- говорил Толстой. Говорил, вряд ли догадываясь, что сверхчувствительность толстовской 3-ей Физики - один из двух главнейших компонентов его гения. Способность к сенсорному сопереживанию, даже заочному, даже еще только прогнозируемому, - тайна творчества Толстого. Читая в ”Анне Карениной” описание сцены, когда после визита Каренина, Анна ощущает прикосновение его губ к руке, как ожог, понимаешь: не Анна, а сам вселившийся в ее оболочку Толстой подставил руку для поцелуя и своей сверхчувствительной кожей почувствовал жгучее прикосновение.

Чувствительность толстовской 3-ей Физики - не предел. Иногда сопереживание “недотроги” достигает такого градуса, что он не просто остро сочувствует тому, что испытывает другой, но может прямо испытать то же самое.В науке это явление получило название “стигмации”. Франциск Азизский, у которого при созерцании изображения распятого Христа на руках и ногах открывались раны, - наиболее известный пример стигматика.

Беспредельно сострадание “недотроги” к людям физического труда.Иногда оно принимает такие гипертрофированные формы, что прямо делает анекдотичным. Например, про знаменитого французского драматурга Ростана рассказывали следующую историю:” У Ростана был свой кучер, который возил только его. Ростан ужасно его жалел. Когда он после театра ужинал, то не мог без содрогания думать о том, что кучер мерзнет на козлах, мокнет под дождем далеко за полночь. Эта мысль отравляла ему все удовольствие. Поэтому он приказывал поднести вознице стакан грога и сказать, чтобы тот ехал домой, хозяин, мол, наймет фиакр.

Как-то ночью кучер ввалился в кафе и заявил “мосье”, что уходит. Обозлился, что его не принимают всерьез.”

Угадать 3-ю Физику просто: она с младенчества совершенно, до судорог не выносит щекотки и проносит ненависть к ней через всю жизнь. По этой примете и получила 3-я Физика звание “недотроги”.

Происхождение такой обостренной чувствительности в изначальном ощущении сверхранимости 3-ей Физики. И через призму этой сверхранимости ясно и легко читаются все поведенческие, правовые, экономические , эстетические и иные аспекты жизни “недотроги”.

* * *


Особенно ярко ранимость 3-ей Физики проявляется в интимной сфере. Вся жизнь представляется“недотроге” путем, перегороженным гигантским барьером - кроватью, благополучное переползание через которую составляет мед и смысл жизни. Может показаться, что я несколько утрирую,но вот собственные слова Толстого, произнесенные с полной серьезностью:” Человек переживает землетрясения. эпидемии, ужасы болезней и всякие мучения души, но на все времена для него самой мучительной трагедией была, есть и будет - трагедия спальни“. Здесь Толстой совершенно безосновательно и по понятным причинам превратил свое собственную проблему в общечеловеческую.

Робко и запоздало, с сравнении с другими, начинает 3-я Физика свою половую жизнь. И почти независимо от того, как она складывается, обычная для Третьих функций раздвоенность в сексе “недотроги” также имеет несчастье присутствовать. Как-то одна дама, знакомая Жан-Жака Руссо, описывая его 3-ю Физику, хорошо сказала, что он - “поклонник платонический и нескромный”. Я бы характеризовал раздвоенность 3-ей Физики лапидарнее и жестче - “гиперсексуальный ханжа”.

С одной стороны, ранимость 3-ей Физики заставляет ее обладателя ханжить: отрицать значение эротики, изображать ее чем-то, не достойным внимания, нечистым. А с другой стороны, та же ранимость 3-ей Физики требует вкладывать в секс максимум сил и души, чтобы данным способом заживить постоянно ноющую рану. Так двуипостасно “недотрога” и существует, вызывая недоумение и нарекания у своих сексуальных партнеров. С.А.Толстая, глядя на мужа, разом повеселевшего и подобревшего после проведенной вместе ночи, ядовито замечала:” Если бы те, которые с благоговением читали “Крейцерову сонату”, заглянули на минуту в ту любовную жизнь, которой живет Левочка, и при одной которой он бывает весел и добр, -то как свергли бы они свое божество, с того пьедестала, на который его поставили.”

Язва по 3-ей Физике бывает так глубока, что естественное прекращение половой жизни воспринимается как освобождение от рабства. Именно так назвал свою импотенцию драматург Еврипид, за что удостоился от христианских апологетов звания “протохристианина”. На примере Еврипида, кроме всего прочего ясно просматривается еще одна примета сильно уязвленной 3-ей Физики - патологическая ненависть к существам противоположного пола. Ни кто иной как Еврипид первым выдвинул в драме “Ион” предложение размножаться однополо, почкованием, без женщин, и все последующие “недотроги”, теоретизировавшие на эту тему, были лишь эпигонами Еврипида. И соратниками по несчастью.

Робкий ухажер, пугливый обьект ухаживания, “недотрога” инициативу на себя в любовных делах предпочитает не брать - ему здесь удобнее не столько вести, сколько быть ведомым. Однако, если партнер оказывается достаточно напорист и деликатен, и дело доходит до греха, он бывает приятно удивлен и вознагражден открытием в “недотроге” вдохновенного, сладострастного и утонченного любовника. Во-первых, повышенная чувствительность сенсорики превращает тело 3-ей Физики в одну сплошную эрогенную зону, особенно эрогенна спина “недотроги”, так как, будучи наиболее беззащитной частью тела, настроена на восприятие среды сверхостро. Во-вторых, по той же причине 3-я Физика чувствительна к чужому телу, деликатна, нежна, чутка к запросам и возможностям партнера. Наконец, специфика сексуальной психологии “недотроги” требует ставить чужое удовольствие выше собственного, более того, именно

в зримых проявлениях испытываемых партнером переживаний видеть достаточную и полную реализацию своей сексуальности. Так что, если когда-нибудь будет позволено говорить о половом альтруизме, то первым это качество следует приписать “недотроге”.

Еще раз обращу внимание: все перечисленные удовольствия можно получить от 3-ей Физики лишь при условии соблюдения максимальной деликатности. В сексологии, например, известен случай, когда один мужчина сделался импотентом в свою первую брачную ночь. А довело его до этого вполне невинное поведение невесты, она по простоте душевной просто легла на спину и раздвинула ноги, такая “грубость” настолько поразила жениха. что он тут же навеки лишился мужской силы.

Впрочем, заранее предсказать, на чем споткнется сексуальность 3-ей Физики, дело безнадежное. Например, Жан-Жак Руссо бежал из обьятий юной соблазнительной венецианки, обнаружив, что у нее соски разной формы и посчитав на этом основании, что она “какое-то чудовище, отверженное природой, людьми и любовью.” Или вот еще отрывки из писем женщин к психиатру:” Замужем не была, никаких связей с мужчинами не имела, мужчин презираю... Мужчины меня не обижали, не делали никаких пакостей. Просто в детстве, лет двенадцати, я как-то шла по улице за солидными мужчинами и услышала, как они рассуждают о супружеской жизни, в чем она заключается. С тех пор видеть их не могу...” “Это произошло в шестом классе. Какой-то дурак лет восемнадцати полез ко мне под юбку. Потом в восьмом повторилось что-то вроде этого на лестничной площадке. Если смотреть здраво, ничего страшного. Но с этого момента в меня вселился Страх... Боюсь знакомиться, боюсь даже знакомых. Поймите меня правильно, я вовсе не считаю, что “все мужчины подлецы”. Но ведь это останется...”

3-я Физика - единственная из Физик, ревнующая именно физиологической ревностью. Для нее половой акт - вещь настолько деликатная, интимная, даже священная, что вторжение посторонних в эту сферу, воспринимается, как осквернение святыни, после которого наступает физическое отторжение,плотская брезгливость и вероятность продолжения прежней половой жизни становится, во всяком случае, достаточно проблематичной.Если со временем “недотрога” и прощает измену, то не забывает ее никогда.

Хочу предупредить: обмануть 3-ю Физику, оставив ее в неведении относительно сторонних похождений, очень трудно. Во-первых, потому что она постоянно начеку, ждет и боится измены. А во-вторых, у нее абсолютный слух на самые тонкие вибрации человеческого тела.

Как не лишен ханжества взгляд 3-ей Физики на половую жизнь, так и восприятие ею наготы страдает известной ущербностью. Поэтому наиболее последовательные противники нудизма и порнографии рекрутируются обычно именно из рядов “недотрог”.

Позволю себе в этой связи небольшое интересное наблюдение над 3-ей Физикой. Ранней и очень характерной приметой ее можно назвать привычку отворачиваться от экрана телевизора, в момент показа любовных сцен, даже простого поцелуя.

Приписывать эту реакцию воспитанию нет оснований, так как проявляется она еще в самом раннем детстве. Остается говорить о неком “врожденном нравственном чувстве”, некой “врожденной стыдливости”. Однако и такое обьяснение справедливо лишь в той части, что касается очевидной врожденности реакции. На самом деле ребенок отворачивается от изображения поцелуя, не по природной стыдливости, а по врожденной “порочности”, потому что у него 3-я Физика. А это значит, что ребенок повышено чувственен и физическое восприятие его настолько обострено, что он не просто видит на экране поцелуй, но и ощущает его вкус на своих губах. И это невольное вторжение своими губами в чужой поцелуй заставляет ребенка отворачиваться от экрана.

Еще одна причина неприязни “недотроги” ко всему, что относится к интимной сфере, к нудизму и порнографии, думаю, заключается в страхе перед той властью, которую имеет над ним нагота. Как-то в присутствии Толстого было высказано неудовольствие по поводу того, что скульптор Паоло Трубецкой ходит с женой голышом на речку купаться. И Толстой, будучи не в силах прямо осудить друга, сделал характерное признание:” У меня всегда было это чувство стыда, и, например, вид женщины с оголенной грудью мне всегда был отвратителен, даже в молодости.. Тогда примешивалось другое чувство, но все-таки было стыдно...”

Что отвратительного в женской груди? Право, не по врожденной стыдливости отворачивался от нее Толстой. А по природной блудливости. Вид нагой груди был слишком упоителен для него, слишком притягателен, доводил до пугающего самозабвения. Не стыд, а страх перед магической властью наготы над собой ощущал Толстой, и именно он заставлял его отводить глаза.

Толстой недаром любил пересказывать один сон, якобы виденный некогда знакомым помещиком. Снилось тому следующее: идет он по узкой тропке через кустарник, ориентируясь на два высящиеся впереди холма. Вдруг помещик оступается, попадает ногой в трясину и начинает тонуть. Когда же, погрузившись в трясину по пояс, он бросает взгляд на высящиеся впереди два холма, то видит, как из-за них поднимается голова гигантской женщины... Ужас охватывает помещика,когда он понимает - куда погружается... И здесь приходит пробуждение. Толстой не зря любил пересказывать этот, скорей всего, им же виденный сон.Толстой чувствовал себя при виде женского тела в положении того анонимного помещика, и страх погрузиться в женское лоно с головой, до полной потери своего “я”, заставлял его отвращать от наготы взор.

Страх - вообще доминирующая, хотя и по возможности скрытая, черта эротики 3-ей Физики. Она боится существ противоположного пола, боится отказа в близости, ищет максимально нетравматичных путей реализации своей сексуальности. Откроем в этой связи “Отца Сергия”. Если читатель помнит, стержнем повести является отношение монаха, отца Сергия, к двум женщинам. Одна, светская, красивая, разбитная дамочка, пытается соблазнить монаха, и, чтобы преодолеть искушение, он отрубает себе палец. Другая - просто слабоумная купеческая дочка, едва представ перед отцом Сергием, оказывается настолько соблазнительна, что он тут же нарушает с ней обет целомудрия. Толстого спрашивали: почему о.Сергий “сломался” на дурочке, устояв перед натиском светской львицы? Внятного ответа на данный вопрос Толстой не смог или не захотел дать. Поэтому возьму на себя смелость самому разрешить это давнее недоумение.

Отец Сергий не поддался соблазну в первый раз, так как боялся. Боялся, что эта светская красивая женщина поманит, да в последний момент откажет, оттолкнет его, уже спустившего штаны,рассмеется в лицо, да еще попрекнет, напомнив о монашеском обете. Страх перед сексуальной травмой оказался у о.Сергия так велик, что он предпочел отрубить себе палец, нежели подвергнуться такому испытанию. Иное дело - история с дурочкой. Она, уже в силу болезненного состояния, наперед гарантировала 3-ей Физике о.Сергия полный сексуальный комфорт, и вот - грехопадение не замедлило .

Пример из “Отца Сергия”, естественно, не свидетельство, что 3-я Физика только и занята охотой за умственно неполноценными, он - лишь иллюстрация тезиса о предпочтении, которое отдает “недотрога” нетравматичным путям реализации своей сексуальности. Есть и другие пути, которые можно назвать “извращениями” или “нетрадиционными способами любви” (кому как нравится), обьединенные общим свойством: минимальным травматизмом. Это - онанизм, однополая любовь, скотоложество, фетишизм. К предложенному списку можно, наверное, добавить еще что-то в том же духе, главное, что все эти способы любви психологически комфортны и тем особо ценны для 3-ей Физики.

Уж коль речь зашла об “извращениях”, то необходимо добавить, что к ним склонна не только 3-я Физика, но в большей или меньшей степени все Физики. Иное дело, что для каждой из них в этом случае имеется существенная разница в мотивах. Если 3-я Физика попадает в стан “сексуальных меньшинств” из страха, то 1-ая - по всеядности, 2-ая - из любопытства и любви к разнообразию, 4-ая - по безразличию. Так что само по себе положение Физики на ступенях функциональной иерархии - не гарант “здоровья” или “расстройства” половой сферы.

Говоря о комфортном для 3-ей Физике сексе, невозможно обойти самый простой и удобный вид реализации половой потребности. Брак. Так вот, “недотрога” - существо в высшей степени брачное.Обьясняя преимущество брака, Толстой, с шестка 3-ей Физики и устами одного из своих героев, отмечал, что “женитьба, кроме приятности домашнего очага, устраняя неправильность половой жизни, давала возможность нравственной жизни.”Конечно, Толстой несколько погорячился, обьявляя брак условием нравственной жизни и т.п. И тем не менее, пусть с разными оговорками, но ценность брака для сексуальной жизни следует признать, а заключается она в том, что он делает законным половое сношение - то, что более всего необходимо 3-ей Физике, то, что окружает ее секс максимальным комфортом.

Преимуществ множество. Во-первых, вольное или невольное присутствие посторонних при законном половом сношении ставит посторонних в заведомо невыгодное положение и автоматически замыкает им уста, чему бы свидетелем они не оказались. Во-вторых, брак, пусть не гарантирует, но все-таки ставит известные преграды на пути венерических заболеваний, и это весьма важно. Достаточно вспомнить в данной связи пример Жан-Жака Руссо, который за одну ночь с проституткой заплатил, кроме всего прочего, двухмесячным мучительным разглядыванием себя на предмет появления первых признаков дурного заболевания.

Наконец, брак опять-таки не гарантирует, но ставит преграды для измен и появления чужих детей, что особенно важно для мужчин с 3-ей Физикой. Ревнуют все, ревнуют даже насекомые, что говорить о людях. Но ревность мужчин-”недотрог”,если так можно выразиться, ревносней ревности любого другого мужчины, потому что они боятся не просто утраты власти над существом, которое считают своим, боятся не просто получения чужого потомства, чего боится всякая мужская особь, страх 3-ей Физики безмерно увеличивает угроза того, что измена подтвердит тщательно скрываемый, но постоянно ощущаемый диагноз дефективности своего физического начала. Поэтому естественно, что в поисках дополнительных уровней защиты, “недотрога” торопится вступить в брак, пытаясь законом прикрыть свое израненное тело.

* * *


Чадолюбие 3-ей Физики безгранично и порой принимает чрезмерные, уродливые формы, “недотрога”, видя в деторождении не просто ценность, а ценность абсолютную, независящую от времени, пространства и обстоятельств, бывает не просто плодовит, а плодовит нерасчетливо, бездумно. Хотя понять его можно, плодоношение - и физиологическая, и психологическая потребность 3-ей Физики. Через воспроизводство реализуется ее процессионность и диалоговость, но, главное, оно - удостоверение в полноценности того, что кажется не вполне полноценным, ущербным от рождения.

К изнанке такого приветствуемого в целом явления, как чадолюбие 3-ей Физики необходимо отнести и излишне плотную опеку, которую она обычно учереждает над своими детьми. Чувствуя себя существом ранимым и мало приспособленным к быту, “недотрога” не всегда основательно переносит это ощущение на свое потомство и старается создать ему не слишком полезные для самостоятельной жизни, тепличные условия существования.Одним словом, если бывает на то ее воля, 3-я Физика дает многочисленное, но мало приспособленное к суровым условиям жизни потомство.

* * *

“Недотрога” очень неважный боец, худший, чем кто-либо. Дело в том, что он, говоря откровенно, трусоват. Насколько трусость 3-ей Физики оказывается заметной для посторонних, зависит от многих условий, но то, что ей меньше чем кому-либо хочется подвергать силовому испытанию свое и без того от рождения как бы израненное тело - это точно.



Из страха же 3-я Физика бывает в бою (если его не избежать) слишком жестока. Боязнь получить травму глушит в ней жалость и чувство меры, поэтому, коль дело доходит до драки, превышение необходимой самообороны - обычное для 3-ей Физики явление.

Впрочем, драться “недотроге” приходится крайне редко. Рукоприкладство и в быту, и в политике для него мало приемлемый и наиболее бесперспективный способ решения проблем. Если, как говорилось, 1-ая Физика - прирожденный “ястреб”, то 3-я Физика - прирожденный “голубь”. Пацифизм у нее в крови. Поэтому бессмысленно искать основоположника пацифизма. Ясно, что ни Толстой, ни Ганди, ни даже Христос не были родоначальниками пацифизма, их единомыслие в вопросе насилия - суть единомыслие определенного класса людей, обьединенных 3-ей Физикой. “Недотрога” более всего боится физической силы, и потому наименее склонен прибегать к ней сам.

Сразу скажу: упаси Бог считать, что пацифизм 3-ей Физики и в быту, и в политике - норма, образец решения спорных вопросов. Ни в коем случае. Хорошо, точно дозированное насилие - аргумент, не хуже других, особенно по отношению к людям, которые сами не брезгуют рукоприкладством.

Пацифизм - социальное выражение личной трусости. Поэтому какими бы высокими словами и авторитетными цитатами ни обкладывали себя трусость и пацифизм, они - изьян, а не украшение 3-ей Физики, особенно мужчин.

Позволю себе в этой связи один добрый совет родителям мальчиков с 3-ей Физикой: отдайте их в школу каратэ стиля “Киокасинкай” (Масс Оямы). Сам посвятил этому наиболее агрессивному, боевитому стилю каратэ несколько лет и не понаслышке знаю, насколько благотворно его влияние на состояние 3-ей Физики. Ведь по-настоящему мучительна для 3-ей Физики не сама боль, а преувеличенное представление о боли. Поэтому, когда занявшись каратэ, “недотрога” в процессе спортивных схваток убедится, что тело его не так хлипко, как казалось, и способно “держать удар”, что собственный кулак также что-то весит, реальность и представление о боли станут адекватны друг другу. А адекватность реальной и предполагаемой боли - это та бойцовская норма, которая разом избавляет 3-ю Физику от двух наиболее нетерпимых в обществе пороков: трусости и его производного - жестокости.

В спорте 3-я Физика опаслива и одновременно азартна, исполнена наружного презрения и тайной зависти - одним словом, являет обычное для Третьих функций двурушничество. Толстой - последовательный противник всякой телесности с азартом занимался физкультурой , а, уехав деревню, пугал крестьян, подолгу вися на турнике вниз головой, за что был награжден от них прозвищем “странного барина”.

* * *

В свете сказанного о 3-ей Физике нетрудно догадаться, что она необычайно законопослушна. Ее природная жалостливость, бессеребряничество, неприятие насилия и страх перед ответным насилием практически гарантируют ничтожный процент “недотрог” в общей криминальной статистике.



Единственное преступление, на которое сравнительно часто решается “недотрога”,обусловленное, кстати, все той же 3-ей Физикой, - это преступление из ревности. Что 3-я Физика - единственная из Физик, страдающая физиологической ревностью, уже говорилось прежде. Какие же муки испытывает ревнивец-”недотрога” и что чувствует, мстя за свою реально или мнимо поруганную честь, с неимоверной силой и точностью передано в “Крейцеровой сонате” Толстого, читайте ее.

Не останавливаясь далее на подробностях кримогенеза 3-ей Физики, отмечу деталь, так же очень точно схваченную в “Крейцеровой сонате” и также имеющую отношение к хронике происшествий. Дело в том, что “недотрогу” довольно часто посещают мысли о самоубийстве. Мысль эта может даже стать навязчивой, маниакальной, но лишь в исключительных случаях претворяется “недотрогой” в жизнь. Вспомним, герой Толстого, убив из ревности жену, решается на самоубийство, и далее с ним происходит вот что:” Да, теперь надо и себя, “- сказал я себе. Но я говорил это и знал, что я не убью себя. Однако я встал и взял в руки револьвер. Но странное дело: помню, как прежде много раз я был близок к самоубийству. Теперь я никак не мог не только убить себя, но и подумать об этом”.

У Толстого не сказано, почему героя часто посещала мысль о самоубийстве и почему даже после убийства жены он не наложил на себя руки. А ответ на эти два вопроса довольно прост: жажда покончить с собой, периодически возникающая у “недотроги”, связана с подсознательным желанием выключить наиболее беспокойную, неудобную, постоянно ноющую функцию - Физику. А утолить эту жажду не дает присущее 3-ей Физике могучее физиологическое воображение, которое в состоянии наперед воспроизвести все ощущения ухода из жизни. Стоит ей представить себе, как пуля, раздробив череп, бурит тоннель в тканях мозга, или как медленно с бульканьем заполняются речной, грязной водой легкие, или как содрогаются сожженные отравой внутренности...- и самоубийственное наваждение исчезает само собой.

* * *


Сенсорика 3-ей Физики до крайности рафинирована. Слышать обертоны, которые не слышит обычное ухо, кожей чувствовать самые микроскопические изменения среды, обонять запахи, не улавливаемые носом среднего человека, видеть тональные переходы, которые не видит обычный глаз, - не составляет для нее большого труда. Поэтому из “недотрог” получаются классные массажисты, настройщики, дегустаторы.

Если же первоначальной рафинированности 3-ей Физики сопутствуют усиленные занятия и физические травмы (болезни, побои, лишения), то восприятие “недотроги” может достигнуть нечеловеческого, мистико-магического уровня.Так, из 3-ей Физики, тяжелейших болезней и изнурительных музыкальных упражнений сложился гений Паганини, тонкость слуха которого стала легендой:” Одаренный тончайшим слухом, Паганини обладал в этом смысле невероятной восприимчивостью: левое ухо, привыкшее к соседству скрипки, слышало намного обостреннее правого, и барабанная перепонка стала такой нежной, что он испытывал сильную боль, если сбоку или рядом с ним говорили громко. В то же время он был способен уловить самые тихие звуки на огромнейшем расстоянии.”

Разумеется, возможность утонченного восприятия не равнозначна любви ко всему утонченному, но в случае с 3-ей Физикой то и другое совпадает. Для ее вкуса характерно пристрастие к тонким, изящным предметам, к неярким, сложным цветам, к тонкой, богатой ароматической гамме, к сложному негромкому звукоряду.

* * *


Деятельность “недотроги” на производстве также имеет некоторые специфические черты. Ему, например, совершенно противопоказан конвейер. Присущие конвейеру монотонность и однообразие, запрет на самодеятельность и обреченность на монолог травмируют утонченную организацию 3-ей Физики и быстро выводят ее из строя.

“Недотрога” с опаской относится к работающим механизмам, поэтому процесс их освоения 3-ей Физикой бывает затруднен и несколько растянут. На производстве, как и в сексе, она долго предпочитает роль ведомого роли ведущего.Однако к концу обучения робость “недотроги” обычно улетучивается, и начинается долгий процесс творческой , артистической , утонченной переработки полученного опыта, доводящий порой набор даже самых простых операций до состояния близкого к настоящему искусству.

Вспоминается в этой связи рассказ об одном китайском разделывателе мясных туш, который очень гордился тем, что на протяжении нескольких десятилетий пользовался при разделке одним и тем же ножом. А секрет долголетия ножа заключался в том, что этот китаец со временем довел свое более чем простое в сущности занятие до такой степени виртуозности, что, обладая почти рентгеновским видением, прозревал в мясе любые, даже микроскопические пустоты и с безукоризненной точностью вел по ним нож, разделывая туши практически без усилий и амортизации инструмента.

Уж коль речь зашла о Китае и 3-ей Физике, то остается добавить, что, по моим предположениям, именно 3-я Физика была создателем такого уникального явления, как китайская кухня. Она интересна тем, что является полной противоположностью созданной 2-ой Физикой, простой, ясной, натуральной, небогатой японской кухни. Китайская кухня необьятна, сложна, ювелирна, изыскана, парадоксальна... Для точного описания ее просто нет красок, поэтому ограничусь констатацией: если читатель захочет узнать, до какого артистизма может возвыситься деятельность 3-ей Физики в материальной сфере, - лучше иллюстрации, чем китайская кухня, не найти.

Двусмысленно, изломанно складываются в быту и обществе экономические отношения 3-ей Физики. С одной стороны, ранимость ее требует беспредельной скаредности для максимально эффективного прикрытия больного места. А с другой стороны, жалостливость, мнимый аскетизм, суперпроцессионность Третьей функции провоцирует политику широких жестов, порывов щедрости, бездумных трат. В результате экономический лик “недотроги” оказывается странно раздвоен, получается то, что академик Сахаров самокритично назвал “слегка жмотом”. Причем, жмотничество 3-ей Физики обычно принимает мелочные, чудаческие формы, то, что у нас принято называть “экономией на спичках”. И в тоже время 3-я Физика обожает делать дорогие подарки, считает своим святым долгом участвовать в благотворительной деятельности, хотя сама похвастаться размером кошелька обычно не может, а кроме того, не умеет, не любит и считает ниже своего достоинства много зарабатывать, видит в большой мошне явные приметы дурного вкуса.

Очень точно специфическую двуликость отношения 3-ей Физики к деньгам передал Жан-Жак Руссо. Он писал:”...одно из моих мнимых противоречий: соединение почти скаредной скупости с величайшим презрением к деньгам..Я так хорошо понимаю, что деньги созданы не для меня, что почти стыжусь иметь их, а тем более пользоваться ими. Если бы у меня когда-нибудь был определенный и достаточный для жизни доход, мне не грозила бы опасность стать скупцом, твердо уверен в этом; я тратил бы весь свой доход, не стараясь его увеличить,но необеспеченность держит меня в страхе.”

У “недотроги” крайне обострено чувство собственности. Он редко обладает большим числом вещей, но то немногое, что у 3-ей Физики имеется, обладает особым статусом и значением. Только в своем доме, среди своих вещей чувствует “недотрога” себя непросто комфортно, а в собственной тарелке. Как бы ни был уютен чужой дом и удобны чужие вещи - они, не сказать, плохи, но неудобны для 3-ей Физики уже потому, что они чужие.

С точки зрения предпочтений в социально-экономической политике, 3-я Физика ближе всего к званию “коммуниста”. Можно назвать ее иначе: “монахом”, “кибуцником” - суть от этого не изменится. А суть заключается в том, что “недотрога” внутренне ближе всего уравнительно-распределительная система.

Природа коммунистических симпатий 3-ей Физики достаточно прозрачна. Она чувствует себя самым слабым и наиболее ранимым звеном общества. Поэтому, чтобы не подвергать риску свою жизнь и здоровье, “недотрога” старается разместить груз личных проблем на спинах окружающих, настаивая на уравнительно-распределительной системе экономики, обещающей, независимо от вклада, равную для всех защиту. То, что такая система неэффективна, мало беспокоит 3-ю Физику, к богатству она принципиально не стремится и готова примириться с минимумом, лишь бы он гарантировался.

Владимир Буковский, глядя на коммунистические поползновения некоторых западных интеллигентов с высоты своей здоровой 2-ой Физики, едко и точно замечал:” Откуда у социалистов столько меркантильности? Ведь большинство их - интеллигенты, живущие в мире идей, а не вещей. Их теория удивительно непоследовательна: с одной стороны, они вечно критикуют потребительство, материализм и корысть, а с другой- именно этот аспект жизни волнует их больше всего, именно в потребительстве им хочется установить равенство. Неужели они верят, что, если каждому выдать по равной пайке хлеба, все сделаются братьями?.. Неужели могут стать братьями люди, ревниво считающие доходы друг друга и завистливо провожающие взглядом каждый кусок, проглоченный соседом?” Наблюдение Буковского не новость, оно - невольный плагиат сказанного много ранее Достоевским:”...почему это все эти отчаянные социалисты и коммунисты в то же время и такие неимоверные скряги, приобретатели, собственники, и даже так, что чем больше он социалист, чем дальше пошел, тем сильнее и собственник....почему это?” Трудно спорить со сказанным, все справедливо... Но, говоря о двуличии 3-ей Физики, необходимо учесть, что ее лукавая аскетика искренна или, во всяком случае, вполне бессознательна, и когда она старательно выдает ущербную коммунистическую модель за норму человеческого общежития - это хитрость не мошенника, а душевнобольного.

Как и скептицизм 3-ей Логики, коммунизм 3-ей Физики не философия, а ущербная психология. Психология незначительной, но влиятельной группы населения. Поэтому, наблюдая сейчас гибель коммунизма в его государственных формах, не следует делать вывод, что с ним уйдет в небытие сама коммунистическая идея. Она продолжит свое существование, только в естественно отведенных ей границах, без претензии на господство, в виде мелких партий, общин, коммун, монастырей, кибуцей, будет жить - пока жива 3-я Физика.

Лентяй “(4-ая Физика)

Термин “лентяй” не следует понимать слишком буквально. Он отражает не столько манеру поведения, сколько психологическую ориентацию личности. Наоборот, внешне 4-ая Физика зачастую выглядит большой труженицей. Она усидчива, невзыскательна, бесстрашна в трате сил,исполнительна в точно отведенных ей рамках. “Лентяйство” 4-ой Физики заключается не в видимых проявлениях саботажа, симуляции или отлынивания, а в невидимом безразличии к характеру и результатам своего труда (если иметь в виду под трудом чисто физический его аспект). Конечно, при заведомом равнодушии “лентяя” к делу, трудно ждать от него азарта, инициативы, творческих всплесков и чего-нибудь еще в том же духе, но есть у этого безразличия и своя положительная сторона. На “лентяя” легко возложить любую грязную, нудную или бессмысленную работу, что в избытке пока находится в нашем обществе. Кто-то должен заполнять заведомо обреченные на уничтожение формуляры, выносить горшки, стоять у конвейера - и лучшего кандидата на исполнение таких работ, чем 4-ая Физика, не найти.

Я для себя еще называю 4-ую Физику “лунным человеком”. Действительно, есть у “лентяя” какая-то таинственная связь с луной. “Ты дышишь солнцем, я дышу луной, “ - признавалась Ахматова. Могу только предположить, что ощущение внутренней связи с луной у 4-ой Физики возникает из их энергетического родства. Как луна светит слабым, лишь отраженным светом, так и “лентяй”, по закону Четвертых функций, - лишь отражение вышестоящих, автономных физических энергетик.

Сама по себе 4-ая Физика - прирожденная декадентка, в буквальном смысле этого слова (“декаданс” - “упадок”).Ощущение ослабленности в себе физического начала живет в “лентяе” с рождения, впрочем, мало его беспокоя. Другое дело, что обычное для 4-я Физики чувство ранней дряхлости в молодые годы, бывает, странно контрастирует со свежим, здоровым обликом, внося сумятицу и недоумение в окружающую среду.

Припоминается в этой связи анекдот из жизни молодого Александра Блока. Группа московских поэтов впервые ждала Блока к себе и, начитавшись таких строк, как

“Только здесь и дышишь, у подножья могил,

Где когда-то я нежные песни сложил

О свиданьи, быть может, с Тобой...

Где впервые в мои восковые черты

Отдаленною жизнью повеяла Ты,

Пробиваясь могильной травой...”

представляла себе его “изможденным, худым, бледным и даже скорее некрасивым”. Реальность же продемонстрировала совершенно обратное. Андрей Белый вспоминал:” Я весь дрожал. Никогда в жизни - ни прежде, ни потом - я не испытывал такой жгучей неловкости. И разочарования. Обман, обман! Меня обманули. Это не Блок. Не мой Саша Блок.

Но до чего он был красив! Высокий, стройный, статный. Курчавый. Весь как в нимбе золотых лучей, румяный с мороза. В студенческом сюртуке, широкоплечий, с осиной талией. От синего воротника его дивные глаза казались еще голубее. До чего красивый, до чего земной, здоровый, тяжелый.”

Разумеется, неумолимый бег времени постепенно размывает в “лентяе” противоречие между психическим самоощущением Физики и реальностью, пока к старости 4-ая Физика вообще не делается адекватна сама себе. Но до того такие явные противоречия раздражают и шокируют окружающих, заставляют подозревать в поведении 4-ой Физики элемент позерства, игры в декаданс. Чего на самом деле нет, она декадентствует вполне искренне.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   29




База данных защищена авторским правом ©www.vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница