Лекция 3: Феодальная раздробленность Руси и её борьба с иноземными завоевателями



Скачать 314.95 Kb.
Дата26.06.2018
Размер314.95 Kb.
#33996
ТипЛекция

Московский экономико-правовой институт


Кафедра гуманитарных и социальных дисциплин

Курс: История Отечества




Т. 1. Генезис восточных славян. Возникновение

и эволюция древнерусской феодальной

государственности в IХ - ХIII веках.

Лекция 3: Феодальная раздробленность Руси и её борьба



с иноземными завоевателями.

План лекции:


1. Распад Древнерусского государства и его причины.


  1. Борьба Руси за независимость против иноземных

завоевателей.

Москва 2010

  1. Распад Древнерусского государства и его причины.

Начиная с 30-х годов ХII в. Русь необратимо вступила в полосу феодальной раздробленности, которая стала закономерным этапом развития всех крупных государств Европы в период раннего средневековья. Если её ранние проявления ещё гасились волей таких выдающихся государственных деятелей, как Владимир Мономах и Мстислав, но после их ухода с исторической арены новые экономические, политические и социальные тенденции властно заявили о себе. И уже в ХII в. Русь политически стала похожа на лоскутное одеяло. Более того, если в середине ХII в. в ней насчитывалось 15 крупных и мелких удельных княжеств, то к середине ХIII в. их было уже 50, а в ХIV столетии - 250.

Этому процессу способствовал целый ряд причин.

Во-первых. Одной из причин такого состояния государственности на Руси стали постоянные княжеские разделы земель между Рюриковичами, их бесконечные междоусобные войны и новые переделы земель.

Во-вторых. Кроме того, надо учитывать и то, что в основе этого явления лежали и неполитические причины. В рамках единого государства за три века сложились самостоятельные экономические районы, выросли новые города, зародились и развились крупные вотчинные хозяйства, владения монастырей и церквей. В каждом из этих центров за спиной великих и местных князей встали выросшие и сплотившиеся феодальные кланы - боярство со своими вассалами, богатая городская верхушка и церковные иерархи.

Становление в рамках Руси самостоятельных княжеств проходило на фоне бурного развития производительных сил общества, прогресса сельского хозяйства, ремесла, внутренней и внешней торговли. Усложнилась и социальная структура русского общества, более определёнными стали его слои в отдельных землях и городах: крупное боярство и духовенство, торговцы, ремесленники, низы города, включая холопов. Эта система ещё более укрепляла позиции местных князей, которые также нередко опирались в борьбе со своеволием боярства на возросшую политическую активность горожан. Городские слои стали превращаться в определённый противовес в отношениях между князьями и боярством. Усиливалась зависимость сельских жителей от землевладельцев.

Вся эта новая Русь уже не нуждалась в прежней раннесредневековой централизации. Земли, отличавшиеся от других природными и экономическими причинами, в новых условиях всё более обособлялись. Для новой структуры хозяйства нужны были иные, чем прежде, масштабы государства. Огромная Киевская Русь с её поверхностным политическим единством, необходимым прежде всего для обороны от внешнего врага, для организации дальних завоевательных походов, теперь уже не соответствовала нуждам крупных городов с их разветвлённой феодальной иерархией, развитыми торогово-ремесленными слоями, нуждами вотчинников, стремящихся иметь власть близкую их интересам не где-то в Киеве и даже не в лице киевского наместника, а свою, близкую, здесь, на месте.

В-третьих. В этот же период зарождалось поместное землевладение, при котором дружинники получали от своих князей и бояр в условное владение участки земли - поместья. Это явилось зарождением дворянства, в основу жизнедеятельности которого была положена служба сюзерену в обмен на земельное пожалование на время этой службы.

Усиление самостоятельной военной силы князей и бояр, создание ими своих феодальных ополчений, состоявших из помещиков-дворян, для отражения внешнего врага, ведения междоусобных войн и подавления социальных волнений (число которых росло по мере закабаления смердов), также усиливало процесс дробления русских земель.



В-четвёртых. Потеря Киевом исторической роли была в известной мере связана и с перемещением основных торговых путей в Европе и Передней Азии. В связи с бурным ростом итальянских городов и активизацией итальянского купечества в Южной Европе и Средиземноморье теснее стали связи между Западной и Центральной Европой, между Византией и Малой Азией. Крестовые походы приблизили Ближний Восток к Европе. Эти связи развивались, обходя Киев стороной. В Северной Европе набирали силу германские города, на которые стали всё более ориентироваться Новгород и другие города русского Северо-Запада. Померк и былой блеск некогда развитого “пути из варяг в греки”.

В-пятых. Не могли для Киева и Древней Руси пройти бесследно и столетия напряжённой борьбы с кочевниками - печенегами, торками, половцами. Эта борьба истощала народные силы, замедляла общий прогресс края, обрекала его на отставание. Преимущественными в этих условиях становились те районы страны, где хотя и были менее благоприятные природные условия как, например, Новгородские и Ростово-Суздальские земли, зато они не испытывали такого постоянного и изнуряющего давления со стороны кочевников.

Всё это вместе взятое и определило ослабление Киева, власти великих князей и обусловило начало политического распада Руси. Ожесточённая борьба князей друг с другом, нескончаемая междоусобица являлись лишь внешним выражением глубины процессов развития русских земель.

Удельные князья имели все права суверенного государя: решали со своими боярами вопросы внутреннего устройства, объявляли войны, подписывали мир и заключали любые союзы. То есть большинство княжеств по своему политическому устройству были феодальными монархиями. Их утверждение происходило в жестокой борьбе князей против земельных собственников - бояр, которых сами же в своё время и породили. Цель была одна - единоличная власть.

Титулом великого князя величали теперь не только киевских, но и князей других русских земель. Политическая раздробленность не означала разрыва связей между русскими землями, не вела к их полной разобщённости. Об этом свидетельствуют единая религия и церковная организация, единый язык, действовавшие во всех землях правовые нормы “Русской Правды”, осознание людьми общей исторической судьбы.

Наиболее характерные черты русских княжеств с момента отделения их от Киева до монголо-татарского завоевания можно проследить на примере наиболее крупных русских земель.

Владимиро-Суздальское княжество. Северо-Восточная Русь - Владимиро-Суздальская или Ростово-Суздальская земля (как она называлась сначала) - располагалась в междуречье Оки и Волги. Здесь к началу ХII в. сложилось крупное боярское землевладение. В Залесском крае имелись плодородные почвы, пригодные для земледелия. Участки плодородной земли получили название ополий (от слова «поле»). Один из городов княжества даже получил название Юрьев-Польской (т. е. входящийся в ополье).

Здесь росли старые и возникали новые города. К концу ХI в. на территории современного московсокого региона появляются первые города - Волоколамск и, очевидно, Москва под своим древнейшим названием Кучково. Владимир Мономах основал в 1108 г. будущую столицу - Владимир и Ярополчич на Клязьме. При Юрии Долгоруком строилась не только Москва, но и Углич, Дубна, Переяславль-Залесский, Юрьев-Польский, Коломна, Дмитров; позднее появились Городец, Звенигород, Микулин, Кострома, Устюг; в ХIII в. владимирскими князьями были основаны Тверь, Галич (Мерьский). У впадения Оки в Волгу в 1221 г. был основан Нижний Новгород — крупнейший опорный и торговый центр на востоке княжества. Дальнейшее развитие получили старые города: Ростов, Суздаль, Владимир, Ярославль.

Территория Ростово-Суздальской земли была хорошо защищена от внешних вторжений естественными преградами — лесами, реками. Её называли Залесским краем. Один из городов получил из-за этого название Переяславль-Залесский. Кроме того, на пути кочевников к Ростово-Суздальской Руси лежали земли других южнорусских княжеств, принимавших на себя первый удар. Экономическому подъему северо-востока Руси способствовал постоянный приток населения. В поисках защиты от нападения врагов и нормальных условий для ве­рвия хозяйства население земель, подвергавшихся набегам кочевников, устремлялось во Владимиро-Суздальские ополья. Сюда шел колонизационный поток и с северо-запада в поисках новых промысловых земель.

Среди факторов, способствовавших подъему экономики и отделению Ростово-Суздальской земли от Киевской державы, следует назвать наличие выгодных торговых путей, проходивших по территории княжества. Важнейшим из них был Волжский торговый путь, связывавший северо-восточную Русь со странами Востока. Через верховье Волги и систему больших и малых рек можно было пройти к Новгороду и далее в страны Западной Европы.

В Ростово-Суздальской земле, столицей которой тогда был город Суздаль, княжил в то время шестой сын Владимира Мономаха — Юрий (1125—1157). За постоянное стремление расширить вою территорию и подчинить себе Киев он получил прозвище “Долгорукий”.

Юрий Долгорукий, как и его предшественники, всю свою жизнь посвятил борьбе за киевский великокняжеский престол. Захватив Киев и став великим князем Киевским, Юрий Долгорукий не забыл о своих северо-восточных землях. Он активно влиял на политику Новгорода Великого. Под традиционное влияние ростово-суздальских князей попали Рязань и Муром. Юрий вел широкое строительство крепленных городов на границах своего княжества. Под 1147 г. в летописи впервые упоминается о Москве, выстроенной на месте бывшей усадьбы боярина Кучки, конфискованной Юрием Долгоруким. Здесь 4 апреля 1147 г. состоялись переговоры Юрия с черниговским князем Святославом, привезшим Юрию в качестве подарка шкуру пардуса (барса).

Еще при жизни отца сын Юрия — Андрей понял, что Киев утратил прежнюю роль. В темную ночь 1155 г. Андрей со своими приближенными бежал из Киева. Захватив «святыню Руси»—икону Владимирской богоматери, он поспешил в Ростово-Суздальскую землю, куда был приглашен местным боярством. Отец, пытавшийся вразумить своего непокорного сына, вскоре умер. Но Андрей больше не вернулся в Киев.

В княжение Андрея (1157—1174) развернулась ожесточен борьба с местным боярством. Андрей перенёс столицу из богатого боярского Ростова в небольшой городок Владимир-на-Клязьме, который застроил с необычайной пышностью. Были сооружены неприступные белокаменные Золотые ворота, возведен величественный Успенский собор. В шести километрах от столицы княжества, на слиянии рек Нерли и Клязьмы, Андрей основал свою загородную резиденцию — Боголюбово. Здесь он проводил значительную часть времени, за что и получил прозвище Боголюбский. Здесь, в Боголюбском дворце, темной июльской ночью 1174 г. Андрей был убит в результате заговора бояр, во главе которого стояли бояре Кучковичи, бывшие владельцы Москвы.

Правители Владимиро-Суздальского княжества носили титул великих князей. Центр русской политической жизни переместился на северо-восток. В 1169 г. старший сын Андрея захватил Киев и подверг его жестокому разграблению. Андрей пытался подчинить Новгород и другие русские земли. В его политике находила отражение тенденция к объединению всех русских земель под властью одного князя.

Политику Андрея продолжил его сводный брат — Всеволод Большое Гнездо (1176—1212). У князя было много сыновей, отчего он и получил свое прозвище (его сыновья изображены на рельефе стены Дмитриевского собора во Владимире). Двадцатидвухлетний сын ви- зантийской принцессы Всеволод жестоко расправился с боярами-за- говорщиками, убившими его брата. Борьба между князем и боярством закончилась в пользу князя. Власть в княжестве окончательно установилась в форме монархии.

При Всеволоде с большим размахом было продолжено белока- менное строительство во Владимире и других городах княжества. Всеволод Большое Гнездо пытался подчинить своей власти Новгород, расширил территорию своего княжества за счет Новгородом земель по Северной Двине и Печоре, отодвинул границу Волжской Болгарии за Волгу. Владимиро-Суздальский князь был в то время сильнейшим на Руси. Автор «Слова о полку Игореве» говорил о могуществе Всеволода: «Волгу может веслами расплескать, а Дон шеломами вычерпать».

Владимиро-Суздальское княжество сохраняло первенство среди русских земель и после смерти Всеволода Большое Гнездо. Победителем в междоусобной борьбе за владимирский великокняжеский престол между его сыновьями вышел Юрий (1212—1238). При нем был установлен контроль над Великим Новгородом. В 1221 г. он ос­новал Нижний Новгород — крупнейший русский город на востоке княжества.

Процесс дальнейшего экономического подъема Владимиро-Суз­дальского княжества был прерван монгольским нашествием.

Галицко-Волынское княжество. Юго-западная Русь — Галицко-Волынское княжество занимало северо-восточные склоны Карпат и территорию между реками Днестром и Прутом. Здесь имелись туч­ные черноземы в широких речных долинах, а также обширные лес­ные массивы, благодатные для промысловой деятельности, и значи­тельные залежи каменной соли, которую вывозили в соседние стра­ны. На территории Галицко-Волынской земли возникли крупные города: Галич, Владимир-Волынский, Холм, Берестье (Брест), Львов, Перемышль и др. С одной стороны, удобное географическое положение (соседство с Венгрией, Польшей, Чехией) позволяло вести активную внешнюю торговлю. С другой - постоянное вмешательство соседних государств - Польши и Венгрии - в в усобицы, проходившие в Галиче и на Волыни из-за конфликтов галицких князей с боярами и горожанами, накладывали свой отпечаток на жизнь княжества. В то же время, земли княжества находились в относительной безопасности от кочевников. Как и во Владимиро-Суздальской Руси, здесь наблюдался значительный экономический подъем.

В первые годы после отделения от Киева Галицкое и Волынское княжества существовали как самостоятельные. Подъем Галицкого кня­жества начался при Ярославе I Осмомысле (1153—1187). (Знал восемь иностранных языков, отчего и получил свое прозвище; по другой вер­сии —«восьмимыслимый», т. е. мудрый.) Высоко оценивая могущест­во князя и его державы, автор «Слова о полку Игореве» писал, обра­щаясь к Ярославу: «Высоко ты сидишь на своем златокованом пре­столе, подпер горы венгерские своими полками железными... отворяешь Киеву ворота» (т. е. Киев тебе покорен.). И дейст­вительно, в 1159 г. галицкие и волынские дружины на время овладе­ли Киевом.

Объединение Галицкого и Волынского княжеств произошло в 1199 г. при волынском князе Романе Мстиславиче (1170—1205). В. 1203 г. он захватил Киев и принял титул великого князя. Образова­лось одно из крупнейших государств Европы (римский папа предла­гал даже Роману Мстиславичу принять королевский титул). Роман Мстиславич вел упорную борьбу с местным боярством, завершив­шуюся его победой. Здесь, так же как и на северо-востоке Руси, ус­тановилась сильная великокняжеская власть. Роман Мстиславич ус­пешно воевал с польскими феодалами, половцами, вел активную борьбу за главенство над русскими землями.

Старшему сыну Романа Мстиславича Даниилу (1221—1264) было всего четыре года, когда умер его отец. Даниилу пришлось выдер­жать длительную борьбу за престол как с венгерскими, польскими, так и с русскими князьями. Только в 1238 г. Даниил Романович утвердил свою власть над Галицко-Волынской землей. В 1240 г., заняв Киев, Даниил сумел объединить Юго-Западную Русь и Киевскую землю. Однако в том же году Галицко-Волынское княжество бь разорено монголо-татарами, а спустя 100 лет эти земли оказались составе Литвы (Волынь) и Польши (Галич).



Новгородская боярская республика. Это совершенно другая модель государственного и общественного устройства. Новгородская земля(северо-западная Русь) занимала огромную территорию от Ледовитого океана до верховья Волги, от Прибалтики до Урала.

Новгородская земля находилась далеко от кочевников и не испытала ужаса их набегов. Богатство Новгородской земли заключалось в наличии громадного земельного фонда, попавшего в руки местного боярства, выросшего из местной родо-племенной знати. Своего хлеба в Новгороде не хватало, но промысловые занятия - охота, рыболовство, солеварение, производство железа, бортничество - получили значительное развитие и давали боярству немалые доходы. Возвышению Новгорода способствовало исключительно выгодное географическое положение: город находился на перекрёстке торговых путей, связывавших Западную Европу с Русью, а через неё - с Востоком и Византией. У причалов реки Волхов в Новгороде стояли десятки кораблей. Не случайно в те времена и город и вся Новгородская земля воплощалась в одном ёмком названии “Господин Великий Новгород”.

Как правило, Новгородом владел тот из князей, кто держал киевский престол. Это позволяло старшему среди Рюриковичей князю контролировать великий путь “из варяг в греки” и доминировать на Руси. Используя недовольство новгородцев (восстание 1136 г.), боярство, обладавшее значительной экономической мощью, сумело окончательно победить князя в борьбе за власть. Новгород стал боярской республикой. Высшим органом республики было вече, на котором избиралось новгородское управление, рассматривались важнейшие вопросы внутренней и внешней политики и т.д. Наряду с общегородским вече существовали “кончанские” (город делился на пять районов - концов, а вся Новгородская земля - на пять областей - пятин) и “уличанские” (объединение жителей улиц) вечевые сходы. Фактическими хозяевами на вече были 300 “золотых поясов” - крупнейшие бояре Новгорода.

Главным должностным лицом в новгородском управлении был посадник (от слова “посадить”; обычно великий киевский князь “сажал” своего старшего сына наместником Новгорода). Посадник был главой правительства, в его руках были управление и суд. Фактически в посадники избирались бояре из четырёх крупнейших новгородских родов.

Вече выбирало главу новгородской церкви - епископа (впоследствии архиепископа). Владыка распоряжался казной, контролировал внешние сношения Великого Новгорода, торговые меры и т.д., имел даже свой Владычный полк.

Третьим важным лицом городского управления был тысяцкий, ведавший городским ополчением, судом по торговым делам, а также сбором налогов.

Вече приглашало князя, который управлял войском во время военных походов; его дружина поддерживала порядок в городе. Он как бы символизировал единство Новгорода с остальной Русью. Однако князя предупреждали: “А бес посадника ти, княже, суда не судити, ни волости раздавати, ни грамот даяти. А без вины мужа волости не лишати”. Т.е.князь имел право суда, раздачи вотчин и лишения их лишь в случае вины вотчинника. Но судил князь лишь вместе с посадником. Новгородские князья находились под строгим республиканским контролем. И хотя за свою работу князья получали судебные пошлины и доход с определённой территории, однако владельцем её не становились. Даже резиденция князя находилась вне кремля, на Ярославовом дворище - Торговой стороне, а позднее - в нескольких километрах от кремля на Городище.

Говоря о Новгороде, надо иметь в виду не только город, но и всё обширное государство, никогда - в отличие от других земель и княжеств - не дробившееся на уделы. В отличие от других земель, где боярином становился княжеский советник или дружинник, новгородским боярином можно было только родиться: лишь представители 40-50 родов (Онциферовичи, Мишиничи, Мирошкиничи и др.) носили это звание. При этом они не были едины и нередко находились в остром соперничестве. Очень часто использовали восстания горожан в своих целях. Так, восстание 1207 г. против посадника Дмитра Мирошкинича из бояр Неревского конца привёл к погрому усадеб его сторонников: “...и сёла их распродаша и челядь, а сокровища из изыскаша и поимаша бещисла, а избыток резделиша по зубу по 3 гривне,и от того многи разбогатеша”. Но в результате власть перешла в руки другой боярской группировки с Людина конца. Боярство смогло полностью подчинить своей воле все политические институты Новгорода. Но это подорвало социальную базу новгородской самостоятенльности, и социальная рознь ослабила республику к моменту решающего столкновения с Москвой в 70-е годы ХV в.

Жителям Новгородской земли во главе с Александром Невским удалось отбить натиск крестоносной агрессии в 40-х годах ХIII в. Не смогли захватить город и монголо-татары, но тяжёлая дань и зависимость от Золотой Орды сказались на дальнейшем развитии этого региона.

Киевское княжество. Киевское княжество, подвергшееся опасности со стороны кочевников, потеряло прежнее значение в связи с оттоком населения и падением роли пути “из варяг в греки”; однако всё же осталось крупной державой. По традиции князья ещё соперничали за Киев, хотя влияние его на общерусскую жизнь ослабло. Накануне монгольского нашествия в нём утвердилась власть галицко-волынского князя Даниила Романовича. В 1299 г. русский митрополит переносит свою резиденцию во Владимир-на-Клязьме, как бы утверждая новое соотношение сил внутри Руси. Монгольское вторжение с востока, экспансия католической церкви с запада, изменения в мире (ослабление Византии и т.д.) во многом определили характер дальнейшего развития русских княжеств и земель - преемников Киевской державы.

Как ни странно может на первый взгляд показаться, но период феодальной раздробленности был отмечен культурным подъёмом русских земель. Причём в первую очередь тех из них, князья которых достигли высокого могущества своей власти и стали именоваться “великими”. Так, дальнейшее развитие получила философская и общественно-политическая мысль. Характер философских притч носили многие сочинения жившего в ХII в. епископа Кирилла Туровского: “Притча о человеческой душе и теле”, “Повесть о беспечном царе и его мудром советнике”, “Слово о премудрости”. В них автор символически истолковывал внутренний мир человека и образ его бытия, связывал познание мира с нравственными устоями, анализировал современные ему богословские дискуссии.

К началу ХII в. относится и самая знаменитая летопись Древней Руси - “Повесть временных лет”, составленная монахом Киево-Печёрского монастыря Нестором. Летописцы русских княжеств использовали её как отправной материал для описания истории своих земель. Такие летописные сочинения обычно носят названия по имени их автора, либо по месту их нахождения, либо учёного, их обнаружившего: “Псковская летопись”, ” Ипатьевская летопись”, “Лаврентьевская летопись”

Другим распространённым жанром древнерусской литературы стали жизнеописания русских святых. Самыми популярными из них стали “жития” князей Бориса и Глеба, убитых братом Святополком в 1015 г. Из наиболее известных сочинений того периода следует назвать “Поучение детям” Владимира Мономаха, “Слово” и “Моление” Даниила Заточника и др. В них звучал призыв к единению против общих врагов, прославление веры и сильной княжеской власти, гордость за свою страну и народ. Самое выдающееся произведение того периода - бессмертное “Слово о полку Игореве”, гордость нашей литературы.

Широкое развитие получило устное народное творчество, и прежде всего знаменитые былины, рассказывающие о героической борьбе народа против кочевников, о его созидательном труде.

Развивалось ремесло. В 300 городах до монгольского вторжения работали ремесленники более 60 специальностей. В Западной Европе славились замки русских кузнецов, самозатачивающиеся ножи из трёх пластин металла, колокола, ювелирные изделия и т.п.

Большое развитие получила архитектура, причём именно каменное зодчество. В 1152 г. был построен Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском, в 1158-1161 г. - успенский собор во Владимире, в 1165 г. - Храм Покрова Богородицы на Нерли, который признан эталоном древнерусской архитектуры, Дмитриевский собор во Владимире. Тогда же возведены храмы Фёдора Стратилата на Ручье и Спаса на Ильине в Новгороде, 10 белокаменных храмов в Галиче, Успенский собор в Звенигороде. В русских землях работают признанные мастера средневековой живописи Феофан Грек (1340-1405), Андрей Рублёв (1360-1430), Даниил Чёрный (1360-1430), Дионисий (1330-1508).


  1. Борьба Руси за независимость против

иноземных завоевателей.
Процесс преодоления раздробленности русских земель был существенно заторможен цивилизационной экспансией Запада и монголо-татарским нашествием.

С середины ХII в. до середины ХV в. на Русь с мечом в руках приходили: шведы - 26 раз, литовцы - 14, рыцари Ливонского ордена - 11, норвежские и датские феодалы - 5; только за одно столетие (середина ХIII - середина ХIV вв.) татарские орды совершили около 20 набегов на русские земли. Всего же с 1228 по 1462 гг., по подсчётам В.О. Ключевского, только Северная и Северо-Восточная Русь вынесла 160 внешних войн и грабительских набегов.

В начале ХIII в. динамично развивавшиеся земли и княжества не только испытали страшный военный удар, но, главное, попали в качественно новые условия, серьезно повлиявшие на все стороны жизни древнерусского общества. На просторах Великой Степи на рубеже XII—XIII вв. произошло объединение ряда монгольских племен (меркитов, кереитов, найманов и др.) под руководством талантливого и умелого вождя Темучина, принявшего в 1206 г. титул Чингисхана. Новый правитель пресёк бесконечные усобицы вождей-нойонов, а рядовых кочевников обложил тяжелыми податями и повинностями и запретил самовольные откочёвки. Чтобы дать и знати, и народу шанс на обогащение и почётную службу, Чингисхан повел массу боеспособного народа сначала в богатый Китай, а затем в мусульманские страны.

В ходе затяжных войн с соседями сложилась централизованная и милитаризованная империя. Держава Чингисхана имела четкое военно-административное деление, государственный аппарат из китайских и уйгурских чиновников, почтовую связь, регулярное налогообложение; свод законов («Яса») уравнивал в правах верующих всех религий. Основой империи стала армия, основанная на поголовной воинской повинности, четкой структуре (тумены — «тьмы», тысячи и сотни) и жёсткой дисциплине. Каждый воин в любое время был готов к походу со всем необходимым снаряжением, «вплоть до шильев, игл, веревок, ездового и вьючного скота, ослов и верблюдов». Квартирмейстеры-юртджи определяли пути передвижения, места стоянок, запасы воды и фуража на театре военных действий. Сведения о будущих объектах агрессии собирали купцы, руководители караванов и специальные посольства. Штаб планировал и руководил военными кампаниями; высшие монгольские командиры никогда не ходили в бой — они руководили войсками при помощи сигналов флагами, трубой или дымом. Монгольское войско могло быстро обеспечить форсирование большой реки и оперативно на месте изготовить и применить осадные орудия; при этом отдельные роды войск —тяжеловооруженная гвардия — «кэшик» или инженерные части — согласованно решали основные задачи. И вся эта армия могла передвигаться с огромной для того времени скоростью — до 80 км в сутки. Такая организация давала монгольскому войску несомненное преимущество при столкновении с наскоро собранными ополченцами или феодальными дружинами как в Азии, так и в Европе.

В результате трех этапов завоевательных походов (10—20, 30-и 50—70-х годов XIII в.) Чингисхану и его преемникам удалось создать колоссальную империю, включавшую Китай, Корею, Среднюю Азию, Иран, Ирак, Афганистан, Закавказье, Сирию и степи Восточной Европы и Казахстана. На юго-восточном направлении монгольские армии высаживались в Индонезии и на Японских островах; на Ближнем Востоке они дошли до Египта, а в Европе —до границ Австрии. Сознавая свою силу, монгольские владыки требовали от соседей абсолютной покорности: «Силою Бога все земли, начиная от тех, где восходит солнце, и кончая теми, где заходит, пожалованы нам... Ты сам во главе королей, все вместе без исключения придите предложить нам службу и покорность», — обращался в 1246 г. хан Гуюк к Римскому Папе в своём послании.

В 1235 г. курултай (съезд монгольской знати) решил вопрос о Великом западном походе, куда отправилась примерно половина всех имперских сил — по современным подсчетам, примерно 70 000 человек. Во главе войска был поставлен внук Чингисхана Бату-хан (Батый). К тому времени эту армию можно лишь условно называть «татаро-монгольской» — этот термин появился в научной литературе в XIX в. «Татарами» («татань», «дада») своих степных соседей называли китайцы, а затем арабы и персы; сами же монголы называли себя «моалами», но к середине XIII в. в державе потомков Чингисхана монгольскими оставались командный состав и гвардия, а остальные войска являлись типичной имперской армией, где рядом сражались представители всех покоренных стран — китайцев, аланов, персов и многочисленных тюркских народов. После планомерного покорения Волжской Булгарии, мордвы и половцев это войско в декабре 1237 г. подошло к границам Руси.

Последовали два мощных удара. Зимой 1237/38 гг. татары взяли Рязань, Владимир, а затем массы конных войск стремительно шли по руслам замерзших рек — на Углич, Кострому и Тверь; быстро собирались в нужном месте для нанесения главного удара и в считанные дни брали сильно укрепленные города с помощью массированного применения осадной техники. Такая тактика не дала великому князю времени для сбора сил и позволила татарам по отдельности громить спешно собранные полки и осаждать города Северо-Восточной Руси.

После небольшой передышки в степи, окончательного разгрома половцев и захвата Крыма, армия Бату-хана в 1239 — 1240 гг. прошла по Южной и Юго-Западной Руси, затем через Польшу, Чехию и Венгрию отправилась на завоевание Европы. Несмотря на желание Бату-хана утвердиться в Венгрии, завоеватели не могли удержать занятые ими земли: сказались и потери, и непривычная горная местность, и явный недостаток сил.

В 1242 г. хан привел свое войско из Хорватии в приволжские степи, где и был основан новый улус империи Чингизидов — Золотая Орда. Такое название утвердилось в нашем языке только в XVI в., а происходит оно от «урду» —ставки хана: роскошной юрты, вмещавшей 500 человек.

В подчинение к Орде попали Древнерусские земли и Дунайская Болгария. Вряд ли могло быть иначе. Хотя великий князь Владимир­ский Юрий Всеволодович был извещен о приближающемся войске и даже предупреждал об опасности венгерского короля, сделать он ничего не смог: за несколько месяцев отправить в другие княжества посоль­ства, договориться о совместных действиях и собрать массовую обу­ченную армию с единым командованием было нереально. Как раз накануне вторжения в 1235 г. князья Южной Руси затеяли очередную усобицу, и Киев несколько раз переходил из рук в руки. К тому же русские князья не представляли себе, с каким противником им при­дется столкнуться — они привыкли отражать короткие половецкие набеги, неопасные для укрепленных городов.

Золотая Орда эпохи ее расцвета (до конца XIV в.) представляла собой огромное государство, протянувшееся с запада на восток от Дуная до Алтая; на юге границей был Кавказ, на севере—районы Центральной России (Курск, Тула и Калуга), где местное население управлялось татарской администрацией. Держава хана Бату сохранила четкое административное деление на 4 улуса (Хорезм, Сарай, Крым, Дешт-и-Кипчак) и 70 провинций по главе с «темниками». Экономической базой государства были около 100 про­цветающих городов (Азов, Старый Крым, Астрахань, Тюмень) во главе со столицей Сараем с 75-тысячным населением.

Ордынцы гордились тем, что их города не имели стен — их оберегали многотысячная конница и бескрайние степи. В городах действовали водопровод и канализация, работали гигантские мастерские по изготовлению посуды и оружия, виллы ордынских вельмож были украшены мозаичными панно, имелись бассейны и паровое отопление. Развитое ремесленное производство и торговля стимулировались единой и устойчивой де­нежной системой и обустроенными дорогами с караван-сараями через каждые 30 км.

Власть хана опиралась не только на многочисленное войско, но и на централизованный государственный аппарат, где работали среднеазиатские чиновники и составлялись документы на уйгурском языке. Ближайшими помощниками хана были беклярибек, (командующий армией и верховный судья) и везир (министр финансов и глава правительства—дивана).

Позиции русских князей в отношении Орды не отличались единством. Одни из них, как Даниил Галицкий и брат Александра Невского, великий князь Владимирский Андрей Ярославич, заключили в 1250—1251 гг. союз, направленный против Орды. Другую политику выбрал Александр Невский. После того как его отец, великий князь Владимирский Ярослав Всеволодович был отравлен в Монголии при дворе великого хана в 1246 г., Александр в 1248 г., проехав через всю империю (7000 км) в ее столицу Каракорум, получил ярлык на великое киевское княжение. Раздел власти на Руси между братьями оказался недолгим. В 1252 г. Александр обратился в Орду с жалобой на брата в несправедливом получении великого княжения и невыплате хану «выхода и тамги». В результате последовал карательный поход («Неврюева рать»), войска Андрея были разбиты, и великим князем Вла­димирским стал Александр Невский (1252—1263).

История возложила на плечи Александра Ярославича ответствен­ную задачу выбора направления развития отношений Руси с Западом и Востоком. Его политика строилась с учетом тех реалий, которые определялись монгольским нашествием, с одной стороны, и напря­женным положением на Западе — с другой.

В начале XIII в. на границах западных русских земель — Новгорода, Пскова и Полоцка —появились новые соседи. После основания в 1201 г. Риги в Прибалтике образовалось подчиненное непосредственно Рим­скому Папе епископство и «Братство воинов христовых» — духовно-рыцарский Орден меченосцев, силы которого постепенно прод­вигались на восток в современную Эстонию («Чудь» в русских лето­писях), землю ливов, латгалов, земгалов и куршей (современную Латвию) и на юг в языческую Литву. В 1219 г. датские войска захватили Северную Эстонию и основали город и крепость Ревель (Таллин). В это же время на Нижней Висле обосновался прибывший из Палестины Тевтонский орден, наступавший на земли литовцев и родственных им пруссов с запада.

После 20-летней борьбы большинство местных племен было поко­рено рыцарями, и вскоре их экспансия столкнулась с интересами Новгорода и Полоцкого княжества, также собиравших дань с ливов и эстов. В 1224 г. была взята русская крепость Юрьев (Дерпт, нынешний Тарту). Завоеванные территории ордена делились на провинции во главе с комтурами и фогтами в укрепленных замках.

Объектом шведско-русских притязаний стали земли Южной и Центральной Финляндии, населенные племенами суоми, хяме («сумь» и «емь» в русских летописях) и карелов. И сюда новгородцы периоди­чески посылали за данью военные дружины, а в состав русской знати входили представители племенной верхушки — боярин Микула Чудин и тысяцкий Семен Емин. Но своих крепостей в этих землях русские не строили и христианство не навязывали.

Шведы повели себя иначе: с середины XIII в. их морские походы — ледунги превратились в хорошо организованные государственные мероприятия — крестовые походы против язычников. Шведские отряды не только получали дань, но и колонизовали местные земли, строили там крепости, вводили свои административные порядки и церковное устройство.

Укрепившись на севере Финляндии, шведы в начале XIII в. пред­приняли наступление на юг — на земли карел и берега Невы. В 1237 г. шурин короля Эрика Биргер возглавил очередной крестовый поход, в ходе которого произошла битва новгородцев и шведов на Неве летом 1240 г.

Русское войско возглавил князь Александр Ярославич, прозванный после победы над шведами Невским. Еще в 1234 г. князь Ярослав Всеволодович рубил ливонских рыцарей, а через два года войско ордена было разгромлено литовцами при Шауляе. С 20-х годов XIII в. начинаются литовские набеги на земли Полоцка, Новгорода и Смоленска. Но отношения с «немцами» и «литвой» не ограничивались только военными действиями.

В сложной политической борьбе русских феодальных земель и княжеств противостоящие друг другу группировки обращались и к соседям. С орденом заключили союз псковичи против Новгорода в 1228 г.; позднее псковские воины вместе с рыцарями ходили в походы против литовцев. И в Новгороде соперничавшие группировки обраща­лись «в немцы» за помощью: в 1213 г. туда бежал изгнанный из Пскова князь Владимир Мстиславич; позднее он помогал рижскому епископу в борьбе с Полоцком и даже стал фогтом одного из орденских замков. В Ливонии же оказался его сын Ярослав и новгородский тысяцкий Борис Негочевич со своими сторонниками.

По-видимому, какую-то часть новгородской знати, заинтересован­ную в прибалтийской торговле, больше привлекали порядки феодаль­ной ливонской конфедерации, чем властная рука «низовских» князей — Ярослава Всеволодовича и его сына Александра, которого после не­вской победы изгнали из города. В 1240 г. немцы вместе с князем Ярославом Владимировичем захватили Изборск. Им открыли ворота и власти Пскова, поскольку «перевет держаче с немцы пльсковичи».

Только серьезная военная угроза и опасность народного возмуще­ния заставили правителей Новгорода вновь призвать Александра Ярос­лавича. Он отвоевал Псков и разгромил силы ордена в апреле 1242 г. на льду Чудского озера (Ледовое побоище). В то же время римские папы Гонорий III и Григорий IX в посланиях к «королям Руси» 1227 и 1231 гг. призывали их отречься от православия и перейти «к преданности и повиновению апостольскому престолу». Однако союз с папством, как это показал опыт Даниила Галицкого, не давал реальной помощи в борьбе с татарами.

Экспансия в новгородские пределы была остановлена, но борьба за сферы влияния в Прибалтике продолжалась и после Ледового побоища: в 1262 г. новгородцы взяли Дерпт, а в 1268 г. поход против датских владений в Эстонии закончился кровопролитным сражением под Раковором.

В XIII—XV вв. Новгород и Псков неоднократно вели разорительные пограничные войны, и каждый раз они завершались миром и восстановлением торговых отношений. В них были заинте­ресованы богатые прибалтийские города, входившие в Ганзейский союз — федерацию 200 крупных североевропейских городов от Нор­вегии до Нидерландов.

Шведы, несмотря на невское поражение, к середине XIII в. покорили Финляндию и в конце столетия приступили к завоеванию Карелии, где поставили крепости Выборг на берегу Финского залива (1293) и Ландскруну на Неве (1300). В ответ новго­родцы разорили Ландскруну, и только мир в 1323 г. на долгое время разграничил владения Новгорода и Швеции на Севере.

В сложившейся в середине XIII в. ситуации Александр Невский выбрал политику подчинения Орде — и эта тенденция возобладала в поведении русских князей XIII—XIV вв.

При Александре Ярославиче оформилось и собственно иго — система экономических и политических мер, при помощи которых Орда контролировала и эксплуатировала Русские земли, включавшая в себя несколько элементов:

1) наши летописи и акты XIII—XV вв. называют 14 видов различных даней и повинностей: поплужное, торговая пошлина — тамга, почестъе и корм татарским послам, ям — повоз, чрезвычайные «запросы» и др. Самым тяжелым среди них был ордынский выход —дань серебром: по данным 1384 г. он составлял полтину с деревни (столько стоили 2 т зерна). Обычный «выход» для XIV в.— 10—15 тыс. рублей, т. е. около 2 т серебра. Регулярную выплату «выхода» обеспечивали проведенные в 1257—1259 гг. и 1275 г. по всей монгольской империи переписи населения — записи в число;


  1. все русские князья утратили свой суверенитет: с 1243 г. получение ими княжеского стола зависело от воли хана, подтверждавшейся выдачей им соответствующего документа — ярлыка на княжение. По призыву хана князья должны были выступать со своими войсками и участвовали в походах на Польшу, Литву и Северный Кавказ.

Для закрепления своего господства Орда использовала систему великого княжения Владимирского. Получивший в Орде ярлык на великое княжение прибавлял (временно) к своим владениям и обширную территорию великого княжества (Владимир, Переяславль-Залесский, Кострома, Нижний Новгород, Вологда) и становился новгородским князем. Таким образом, он оказывался самым сильным среди прочих князей, чтобы поддерживать порядок, прекращать усобицы и обеспе­чивать бесперебойное поступление дани. Но как только такой князь становился настолько сильным, что казался Орде опасным, ярлык на великое княжение отбирался у него и передавался сопернику, что гарантировало раздоры среди князей и их борьбу за ярлык при ханском дворе; именно так развивалось противостояние московских и тверских князей в первой половине XIV в;

  1. для контроля и своевременной информации о положении на Руси в крупных городах оставались доверенные люди — баскаки, ко­торые наблюдали за сбором дани и деятельностью князей. С этой же целью в приграничной полосе целые города с округой (Переяславль, Коломна, Тула, Елец) передавались татарским правителям. Периоди­чески на Русь наведывались «сильные послы» из Орды с вооруженными отрядами, которых необходимо было обеспечить подводами и всем необходимым («татарский проезд» и «татарский ям»). В случае неповиновения следовали карательные экспедиции («Неврюева рать» — 1252 г., «Дюденева рать» — 1293 г., поход на Тверь в 1327 г. и др.).

По мере упрочения господства Орды сбор дани переходил из рук откупщиков-«бесерменов» (среднеазиатских купцов) к самим князьям, а карательные походы сменялись репрессиями против отдельных князей (казнь Михаила—1318 г. и Александра—1339 г. Тверских, Ивана Рязанского — 1327 г., Федора Стародубского —1330 г.).

Продуманная система мер обеспечила Орде 200-летний и достаточ­но эффективный контроль за Русскими землями. Что же касается последствий татарского господства, то можно говорить о его непосред­ственном и опосредованном влиянии.



Непосредственное вляние включает в себя разорение, коснувшееся прежде всего городов: археологические исследования говорят о погроме 49 городов. Исчез целый ряд ремесленных технологий (мозаики, перегородчатой эмали, зерни). Упадок производства и торговли привел к ослаблению торговых связей, сокращению импорта. Разорение затронуло и сель­скую округу. Население лесостепной полосы частично было уничто­жено или покидало свои жилища и пашни, находившиеся в опасной близости от ордынцев. По той же причине прекратили развитие и многие южнорусские городки. Подмосковные «волости» потеряли не менее половины сельских жителей. Сократилось на 1/3 население даже далекой от степи Смоленщины. Людские потери, очевидно, учесть невозможно. Излишки рабочей силы продавались на рабских рынках Крыма и Кавказа. Оттуда рабов, в том числе и русских, отправляли в Египет и страны Западной Европы: во французских и итальянских актах XIV—XV вв. упоминаются имена «белых татар» — Марфа, Ма­рия, Катерина.

Опосредованное влияние ига заключалось в создании самой сис­темой господства условий, которые в течение столетий тормозили или деформировали развитие экономики, социальной структуры, самого типа политического развития. Регулярные поборы выкачивали из страны огромные средства, которые при иных условиях могли быть вложены в развитие собственной экономики и культуры. Истребление в ходе завоевания знати — князей и дружинников — прервало процесс складывания основных ячеек феодального общества — боярских вот­чин. Их возрождение в XIV в. происходило уже в новых условиях в результате княжеских раздач. В итоге русский боярин оказывался прежде всего княжеским слугой и был гораздо более тесно связан с верховной властью, чем английский лорд или немецкий барон: на Руси XIV—XV вв. не было феодальных замков, и боярские фамилии про­исходили не от названий владений (на Западе — с помощью предлогов «де» и «фон»), а от имен и прозвищ предков. Сами же владения могли быть легко отобраны, т. е. меняли хозяев; массовые переселения своих слуг московские князья начали проводить с конца XV в. Так же легко могли потерять престол и дотоле суверенные князья, ставшие данниками хана.

Подобная система отношений все более распространялась вниз: вместо прежней дружины появляется княжий «двор», а вассалъно-до- говорные отношения со слугами стали постепенно заменяться министе- риальными по принципу «полновластный государь — бесправный холоп».

Начавшееся в XV в. создание условного землевладения привело к становлению крепостнических отношений, т. е. ограничению личных прав владельческих крестьян, что почти на 300 лет определило развитие страны и ускорило процессы «похолопления» всего общества.

Наконец, политическое господство Орды стимулировало раздробленность: так, по распоряжению хана Узбека выделилось (для ослабления Москвы) в 1341 г. великое княжество Нижегородское; в 1328 г. разделилось надвое великое княжение Владимирское.

Не менее тяжелым последствием ига было ослабление русских городов, а ведь именно средневековые города являлись очагами новых форм экономики, социального строя и культуры. К XVI в. жители примерно 180 русских городов составляли всего 2% населения, тогда как в Нидерландах на долю 300 городов приходилось 40%. На Руси «город» не давал свободу беглому крестьянину. К XV в. исчезают вечевые собрания в городах, а по мере объединения все города становятся «государевыми» и управляют ими назначаемые из Москвы наместники.

На Западе расцвет городской жизни вызвал культуру Возрождения и потребность в системе образования — университетах. На Руси же в XIII—XV вв. не сложилось ни куртуазно-рыцарской, ни «городской» культуры как самостоятельных направлений. Религиозное мировоз­зрение именно в этот период завоевывает господствующие позиции в обществе, проникая и в крестьянскую среду.

Не появилось ничего нового в традиционных методах образования. Ослабли контакты Руси с другими странами, сузился горизонт русских летописцев. Владимир­ский епископ Серапион (1274—1275) передавал в проповедях ощущение конца целой эпохи, осознание того, что «величество наше смирися, красота наша погыбе», и искал причины этой трагедии в духовном кризисе, нравственном оскудении современного ему общества. В глазах современников хан Золотой Орды считался правителем более высокого ранга, чем кто-либо из русских князей, он именовался «царем», но в то же время эта власть рассматривалась как наказание за грехи.

Ордынское иго означало не только потерю суверенитета и материальные тяготы; оно произвело сдвиг в традиционном укладе жизни и отменило привычные морально-правовые нормы. Князья разорённых и ослабленных северо-восточных земель после смерти Александра Невского вели почти беспрерывную борьбу за великокняжеский престол. Летописи и литературные произведения тех лет содержат немало примеров произвола и преступлений боровшихся за ярлыки князей, “несытовства имения” их слуг и подручных. После разбойных набегов на поволжские города новгородцы могли продавать в Орде захваченный ими в Костроме или в Нижнем Новгороде “полон”, а тверичи - варварски разгромить новгородский город Торжок в 1372 г. “Ненависть на другы” сочеталась с сознанием собственной беззащитности; летописец с горечью записывал свои впечатления от творящейся вокруг несправедливости: “И бяше видети дело стыдко велми страшно, и хлеб в уста не идёт от страха”.



Ордынское иго означало не только потерю суверенитета и матери­альные тяготы; оно произвело сдвиг в традиционном укладе жизни и отменило привычные морально-правовые нормы. Князья разоренных и ослабленных северо-восточных земель после смерти Александра Невского вели почти беспрерывную борьбу за великокняжеский пре­стол. Летописи и литературные произведения тех лет содержат немало примеров произвола и преступлений боровшихся за ярлыки князей, «несытовства имения» их слуг и подручных. После разбойных набегов на поволжские города новгородцы могли продавать в Орде захваченный ими в Костроме или в Нижнем Новгороде «полон», а тверичи — варварски разгромить новгородский город Торжок в 1372 г. «Ненависть на другы» сочеталась с сознанием собственной беззащитности; лето­писец с горечью записывал свои впечатления от творящейся вокруг несправедливости: «И бяше видети дело стыдко велми страшно, и хлеб в уста не идет от страха». внутри Руси уже не было политического единства, объективно сохранились факторы будущего объединения: единый язык, единая вера, единое законодательство, общие исторические корни, необходимость обороны страны и выживания на огромной территории с резко континентальным климатом, редким населением, малоплодородными почвами при отсутствии естественных границ. Идея единства Руси продолжала жить в сознании людей, а опыт совместной исторической практики лишь подтверждал необходимость единства. Призыв автора “Слово о полку Игореве” к внутреннему миру и согласию в борьбе с кочевниками в тех условиях набатом звучал как призыв к единению Руси.управлении был посадник (от слова “посадить”; обычно великий киевский князь “сажал”Новгородская боярская республика. Новгородская земля (северо-западная Русь) занимала огромную территорию от Ледовитого океана до верховья Волги, от Прибалтики до Урала. я находилась далеко от кочевников и не исюй тала ужаса их набегов. Богатство Новгородской земли заключалось | наличии громадного земельного фонда, попавшего в руки местно| боярства, выросшего из местной родо-племенной знати. Своего хле1 в Новгороде не хватало, но промысловые занятия—охота, рыболове во, солеварение, производство железа, бортничество—получили зн чительное развитие и давали боярству немалые доходы. Возвышенн Новгорода способствовало исключительно выгодное географическ^ положение: город находился на перекрестке торговых путей, связыва ших Западную Европу с Русью, а через нее — с Востоком и Визанп ей. У причалов реки Волхов в Новгороде стояли десятки кораблейКак правило, Новгородом владел тот из князей, кто держал кие ский престол. Это позволяло старшему среди Рюриковичей княз контролировать великий путь «из варяг в греки» и доминировать i Руси. Используя недовольство новгородцев (восстание 1136 г.), боя ство, обладавшее значительной экономической мощью, сумело око| чательно победить князя в борьбе за власть. Новгород стал боярскс| республикой. Высшим органом республики было вече, на KOTOpoj избиралось новгородское управление, рассматривались важнейпщ вопросы внутренней и внешней политики и т. д. Наряду с общег<| родским вечем существовали «кончанские» (город делился на пятз районов—концов, а вся Новгородская земля—на пять облай тей—пятин) и «уличанские» (объединявшие жителей улиц) вечевьв сходы. Фактическими хозяевами на вече были 300 «золотых поясов» —крупнейшие бояре Новгорода.


Скачать 314.95 Kb.

Поделитесь с Вашими друзьями:




База данных защищена авторским правом ©www.vossta.ru 2022
обратиться к администрации

    Главная страница